– Там и от краски зависит, поверьте, она может трескаться… И тальк по-разному можно наносить…
– Чем же они отличаются, не унимается покупатель? Почему же цена у этих вдвое ниже? А продавец отвечает: понимаете, эти, что дешевле, они – не радуют!
Мой пассажир долго смотрел на меня молча, не шелохнувшись. Затем громко заржал и схватился за телефон:
– Виктор Михайлович, я понял, чего эти мудаки нас мучают! Мне сейчас таксист всё объяснил. Есть такой анекдот, может, слышали…
– Оленька, я к вам спешу. На колеснице под управлением Никиты Юрьевича, так на табличке тут написано. Не знакомы с ним? Зря! Хотел попросить вас, не в службу, а в дружбу… Да, как обычно. Супца похлебать очень хочется. Тарелку только с ложкой в аэрогриль запихните, чтоб всё огненное. Ну вы знаете. Я спешу, спешу к вам, Оленька. Никита Юрьевич давит в педаль, вы бы видели!.. Буду десантирован на месте в пол пятнадцатого, Оленька. Ложку в салфетку заверните, а то в тот раз обожглись… Водочки обязательно. Спасибо, Оленька.
Пассажир положил трубку и мрачно произнёс:
– Противная баба, просто ужас. Но суп у них, Никита Юрьевич, божественный. Если бы не суп…
– Я вам про таксистов такое могу рассказать!.. Хотите сплетню про таксиста?
У пассажирки из Одинцово горели глаза: было видно, что она очень хочет рассказать сплетню про таксиста.
Я изобразил крайнюю степень заинтересованности.
– У меня на работе Женечка. Хорошая девушка. Фигура так себе, но лицо симпатичное. Немного кукольное, но неважно. Так вот, у неё молодой человек появился. На мерседесе.
Девушка взяла длинную паузу. Видимо, я должен был блеснуть догадкой. И я блеснул.
– Он оказался таксистом?..
– Точно! Знаете, что она нашла у него в бардачке?!
Я сделал вид, будто перебираю варианты, хотя заранее был уверен в единственном.
– Путевые листы?..
– Точно! Путевой лист! Он ей врал, говорил, мерседес его, а он генеральный директор.
Мне стало даже неловко перед барышней. Такое коварство со стороны коллеги даже мне показалось чрезмерным.
– Уау! Сделайте погромче, пожалуйста. Это же Ram?
Я редко включаю что-то альбомами, когда в машине пассажир. И тут попросту забыл поставить универсальный плейлист, который сделал специально для паксов. Между заказами включаю что-то для души.
– С удовольствием. Моя любимая пластинка Маккартни.
– Вы знаете, наверное, и у меня тоже любимая. Тридцать лет назад услышал и не могу оторваться до сих пор.
Я начал вспоминать, сколько лет назад я услышал Ram. Тоже примерно лет тридцать назад. Пассажир продолжал:
– Какой-то пионерлагерь был. На чёрном море. В Анапе, по-моему… И у нас был такой председатель совета отряда, мы его выбрали, думая, что он зануда ужасный. А оказалось, что у него с собой магнитофон. И в нём чуть ли не одна кассета. А на кассете – Ram. И всю смену мы слушали эту музыку…
Я включил правый поворотник, подыскивая глазами, где будет удобно остановиться. Хотя до конечной точки нашего маршрута было ещё довольно далеко.
– Представляете, мы даже купаться не ходили пару раз, а где-то в коридоре торчали с тем мальчишкой и его магнитофоном и слушали. Идиоты, конечно: на море приехали, а сами в корпусе, в коридоре…
Я остановился у обочины и перевёл рычаг в положение «паркинг».
– Простите, а почему мы остановились? – пассажир вдруг вернулся из своих воспоминаний обратно в действительность и обнаружил, что мы перестали ехать в сторону Кузьминок.
– В коридоре вы слушали магнитофон по одной простой причине: батареек не было в продаже, дефицит, приходилось искать розетку, чтобы магнитофон работал. Розетка была в коридоре у двери в вожатскую. Там вы и торчали, Вова, с магнитофоном Легенда 404 с единственной кассетой с альбомом Ram, вместо того чтобы идти со всеми на пляж к морю. В смысле, мы торчали. Здравствуй, Вова!
Мне родственники дальние подарили тогда магнитофон. Самый недорогой из имевшихся в продаже, Легенда 404, но это был магнитофон, мой собственный, то есть, я мгновенно стал счастливым.
В пенопластовой коробке к нему прилагалась кассета с записью. Мне досталась Донна Саммер, по-моему. Слушать её было невыносимо скучно, но другой кассеты не было…
Вернее, была: жутко заграничная кассета, подаренная на день рождения братом и его родителями, Maxell чуть ли не хромовый, но все вокруг говорили, что ставить её в Легенду нельзя: дескать, испортится. И я не ставил. Боялся. На той кассете был Сержант Пеппер биттловский.
И вот я еду в пионерский лагерь. Тащу с собой Легенду, благо она была компактная. К ней брусок блока питания, никаких батареек, они тогда были жутко дефицитным товаром, да и денег стоили немалых.
В поезде вожатые объявили, что надо выбрать председателя совета отряда, и все немедленно показали пальцем на меня. Я носил очки, казался самым умным (как мне казалось), так что почти в каждую мою поездку в лагерь я становился функционером.
