Объяснять происхождение букета не было нужды, развязка драмы произошла на её глазах.
– Спасибо, но я не люблю цветы. Давайте лучше вон той девушке подарим.
Неподалёку действительно курила девушка в сапогах ботфортах.
– Куда мне его, что вы, он такой огромный. Погодите, я фотку с ним сделаю и отдам. Меня в метро с ним не пустят. Спасибо. Поищите ещё кого-то.
Из салона Афродиты раздавался истошный вопль таксометра: прилетали заказы, я их не брал, торча на улице с огромным мокрым букетом в руках.
– Давайте его мне, я как раз к маме в больницу еду! – на помощь пришёл курящий юноша лет двадцати. – Его вообще можно разделить, походу, на два. И врачихе достанется.
Мы втроём пожелали маме выздоровления. Юноша зашагал прочь, неся двумя руками огромный букет.
– Сейчас это уже не такси…
Пассажир в годах разглядывал сиденье, ощупывал его, будто искал какой-то изъян.
Изъяна не находилось, отчего мне показалось странным его замечание.
– Вот в девяностых это были времена, – продолжал задумчиво дядечка, – Мы тогда стояли у Павелецкого!
Прозвучало это как будто стояли они под Курском и держали оборону: с нескрываемой гордостью.
– Никаких сотовых, ничего вот этого, всё строилось на человеческом общении, понимаешь?
Я понимал. Хорошо помню армии этих «таксидогороданедорого», которые облепляли гостей столицы, едва те ступят на перрон.
– Бывало, двести баксов в день срубали! Вы вот сейчас можете двести баксов в день? Нет? То-то же. Никакого уважения к профессии.
Бывают такие собеседники, которым не нужны твои реплики. Поток их сознания подвластен только земному притяжению, что заставляет мысли струиться вниз, по направлению к ливнёвым канализациям вечности. Это был как раз такой случай, так что мне не требовалось ни возражать, ни соглашаться.
– Сколько там натикало-то? Четыреста?! До Беговой четыреста?! Совсем охуели, что ли?!
– Козочка моя, приветствую тебя. Мчу от клиента к другому клиенту, буду диктовать тебе голосом сейчас. Нет времени в контору заезжать совсем. Пишешь? Завтра две выдачи. И послезавтра три. Водителей поставь хороших, клиенты все денежные. Да, моя козочка. По Кузнецову: не перепутай, это другой Кузнецов. Тоже Иван, но отчество другое. Чтобы не получилось… Ну ты понимаешь. Так, что у нас тут… Погоди, у меня записано. Элитный первый, двухкрышечный. Патина. Крест византийский. По декору – ленты чёрные. Сатин. «Вечная память». Покрывало с золотой нитью. Вроде бы, всё, ничего не забыл. Да, моя козочка, очень скучаю. Завтра не приеду, я же в отпуск лечу. Вернусь и поужинаем. Не успеваю, моя девочка. Да, чуть не забыл, надо в Спортмастер сгонять и купить низкие носки. Белые. Десять пар. Обнимаю тебя. На созвоне. Не помню, или «спаситель», или «богородица». У меня нет под рукой. А, постой, есть. Богородица. Да. Владычице чего-то там. В каталоге же есть. Козочка, ну посмотри сама. Не забудь, завтра две выдачи. Справитесь? Обнимаю. Скучаю. На созвоне.
Подача машины в инновационный центр Сколково. В заказе не указан адрес поездки. Написано «по указанию».
Два инноватора лет по тридцать, два кожаных чемоданчика для ноутбука, оба в модных шарфах, повязанных одинаковым модным узлом.
– Добрый вечер. Куда мы с вами поедем?
– Сейчас поймём. Секундочку.
Юноши суетливо обсуждали, ехать ли в компанию, где все уже пьяные, или туда, где ещё не начинали принимать алкоголь, и бежать этот марафон со всеми вместе, с отметки «старт». Или рвануть на вокзал и умчать на поезде к себе в родной Воронеж.
Обе компании, судя по сказанному, имели ряд и положительных, и отрицательных черт. Здесь больше сплетничают и есть риск, что про тебя скажут обидное. Особенно в пьяном угаре. А там – больше риск получить по морде в драке.
– Слушай, а давай купим наркотиков и вдвоём кальян покурим просто?.. – вдруг предложил один.
– А где мы их купим? И как их принимать? Ты умеешь?
Видимо, второй не умел, потому они решили спросить у меня, так сказать, у старшего.
– Подскажите, а вы не в курсе, нам наркотики нужно купить, их там у стадиона ещё продают?
Мне нужно было быстро принять решение и сформулировать ответ, как яндексовской Алисе.
Сказать, что я понятия не имею, где продают наркотики, и о каком стадионе идёт речь – было слишком просто. К тому же я бы уронил авторитет московского таксиста, который знает всё про наркотики и стадионы. Поэтому я ответил на как ни в чём ни бывало:
– Давно уже нет. Перестали. ФСКН всех вяжет. Не советую туда соваться.
Пассажиры тихо застонали: хорошо, что мы спросили, а то бы сейчас…
– Так куда мы едем? – снова поинтересовался я, глядя на тикающие 16 ₽/минута на счётчике.
– Просто кальян покурим и всё! Можете посоветовать кальянную где-нибудь в центре?
Я набрал в строке поиска навигатора слово «кальян» и ткнул в первую попавшуюся точку на Таганке.
– Ресторан Персия. Многие хвалят…
– Супер! Погнали туда. Я тоже слышал отличные отзывы! Вить, ты не против Персии?
Витя был не против.
