Благодаря тому, что основные бюджеты разворовываются в Москве, региону достаются лишь крохи. Самые отчаянные водители под палящим солнцем – это «жигули» всех мастей. Едут не то, чтобы быстро («Лада», оснащённая сабвуфером и усилителями, тяжелеет на добрую пару сотен килограмм, отчего эффектно приседает брюхом к асфальту), но дерзко, опасно и, главное, бессмысленно. Типичная ситуация на дороге: ты степенно тошнишь по узкой, в одну полосу, дороге, с положенным превышением +20 км/ч, а тебя обгоняют по пыльной обочине, сигналя, следующую машину обходят по встречке через две сплошные, чтобы немедленно оттормозиться в дым перед красным светофором.
За два дня езды по Краснодару я насладился видами таких аварий, от которых вставали волосы дыбом даже у меня. Лежащие на крышах машины, без морд, с моторами в салоне… И всё это, замечу, в центре города, где нет широких извилистых проспектов типа Кутузовского.
Особенно красиво идут стайки адыгейцев, чеченцев и ингушей, с соответствующими регионами на номерных знаках, но эти отличаются в основном на М4, по дороге к морю и обратно.
При попытке перестроиться, спокойно и заранее включив поворотник, упираешься во внезапно ревущий мотором автомобиль: если хотите проверить эластичность мотора затонированной «Приоры», идущей в соседнем ряду метрах в двадцати за вами, включите поворотник. Дисциплина «разгон с 40 до 80» ради того, чтобы презренное такси не оказалось перед тобой – это типа кубанского айронмена.
И напоследок самое неожиданное открытие: чаще всего на Кубани хорошо водят именно таксисты. Разумное, рациональное вождение. Осмысленные манёвры. Очень порадовали коллеги в этом отношении.
– Да в балете одни суки! – девушка почти перешла на крик, пытаясь поведать мне ужасы танцевальной отрасли. – Жестокие твари, чем выше забралась, тем подлее!
Что я знаю про балет? Да ничего. Ровным счётом. Но я зачем-то возразил.
– Я однажды вёз прима-балерину. Мы увидели драку на обочине: двое месили ногами лежащего на земле. Я остановился, и она выбежала на них вместе со мной.
– Зачем выбежала?
– Не знаю. А зачем я выбежал? Боец из меня тот ещё. Это был рефлекс. И у неё, наверное, тоже. Я-то мужик, сотню килограмм вешу, а она девушка и вдвое меньше меня. Неужели вы думаете, что подлая сука ринулась бы вот так на двоих, жестоко избивающих посреди улицы человека, лежащего на земле?
Пассажирка молчала, надувшись.
– Я уж не знаю, что там у вас была за прима… Но они все конченые суки.
– Как скажете. Мы приехали. С вас 890 ₽.
– Евгений, мы готовимся к форуму. Делаем шикарный стенд. Представим там нашу технологию. Что? Конечно, всё готово к запуску, нам осталось только показать публике… У меня вопрос: вы министра сможете к нам на стенд подвести? Нет, губернатор мне на хуй не нужен. Я его и сам подведу. Мне нужен Кужугетович. А сколько? Вы назовите. Пять? Вы шутите? Я подвести его прошу, а не в баню со мной отправить. Я вам так скажу: наша технология ему самому нужна больше, чем нам. Нет, мы пока не запустили. Нет, я готовлю пласт команды, которая… Подведёте? Нет, я больше трёх не смогу. Три – это потолок. И если вы представите ему… Что технология уникальная, что пласт команды готовится… Пять – исключено. Я не отобью пять, просто математически. Нет, технология уникальная, но я не отобью пять. Три с половиной, и представите. Я буду на стенде. Да, у нас так и написано: уникальная технология. Нет, губернатор не нужен даже со скидкой. Я этого козла вам самому бесплатно, если хотите… Нужен сам министр. Представите? Буквально в двух словах. Я пласт команды сейчас создаю. Тоже уникальный. Зам не нужен. Нужен министр. Поверьте, это им самим надо. Они вам потом ещё спасибо скажут. Три с половиной – это потолок. Я вам пришлю презентацию. Там даже обычный человек удивляется, настолько уникальная технология. Нет, ещё не испытывали, но уже есть уверенность. Я найду, что ему рассказать. Вы главное подведите и представьте.
Побывал накануне в парке «Патриот».
– Красиво смотрится! – повторял пассажир, глядя на экспонаты с ракетами вдоль обочин.
Какая-то шизоидно огромная территория, на которой расположилось вообще всё, что может возбуждать возбуждающихся на «русское оружие».
Тут и танки, и ракетные комплексы. И бронепоезд на запасном пути. Стрелковые рубежи и бескрайние поля с полуразрушенными зданиями, по которым шмаляют русскими снарядами из русских пушек.
И надписи Patriot и Army на языке вероятного противника повсюду.
Если въехать на территорию с заказом, конечная точка которого указана как парк «Патриот», то высаживаешь пакса километрах в семи, покружив по бескрайним просторам с лесами, полями и реками, лавируя меж билбордами с фотографией и цитатами гаранта с обнулённым сроком годности.
– Тоже, кстати, красиво смотрится! – заметил пассажир, ткнув пальцем в сторону зелёного, как бронетранспортёр, храма.
Мы плутали по парку в поисках места, где моему пассажиру должны были дать из чего-то пострелять. Дорогу перегородил выскочивший откуда-то из-за куста охранник.
