Среди тысячи лиц полностью

– Неужели? – скептически поинтересовалась я. – Сомневаюсь. Возможно, в этом суть всего прекрасного. Оно дается нам лишь ненадолго.

Я подумала о цветах, которые расцветают и увядают летом, о листьях, приобретающих сверкающие оттенки золота, а потом они сморщиваются и падают на землю. Родители умирают. Любовь исчезает. В мире и в моей жизни у золота век недолгий.

Невролог покачала головой:

– Я бы не стала заниматься медициной, если бы я не верила в то, что мозг может выздоравливать и регенерировать. Разумеется, ничто не вечно, но золото может оставаться надолго. И мое дело – помогать сохранять его.

– Что ж, я почти готова в это поверить, – с улыбкой ответила я. – С Кэйдом вы сотворили чудо.

– Удивительно, как далеко он продвинулся за такое короткое время, – согласилась со мной доктор Брэнсон. – Наука о мозге – это последняя не до конца изученная область в медицине. Мы не знаем, почему некоторые пациенты реагируют на лечение и уверенно прогрессируют, а другие нет. Но Кэйд говорит, говорит без запинок. Память возвращается к нему, и, судя по снимкам, его мозг восстанавливается.

– Я вижу, – ответила я, – он почти такой, как прежде. Почти.

Доктор Брэнсон задумчиво посмотрела на меня:

– И это «почти» может остаться навсегда.

Я кивнула, думая о том Кэйде, которого я когда-то знала. Этот мужчина очаровал меня с той самой минуты, как только я увидела его. Он всегда умел рассмешить меня и свозил в Биг-Сур, решив сделать мне сюрприз.

– Я ожидаю, что процесс восстановления будет прогрессировать, – сказала врач. – Мы обычно стремимся к тому, чтобы наши пациенты прошли всю годовую программу до конца. Но мы тоже учимся. Поэтому вполне возможно, что Кэйд сможет вернуться к обычной жизни раньше. Возможно, нам пора начать говорить с ним о его планах в отношении поиска работы и жилья. Вы уже думали о том, какую работу мог бы выполнять Кэйд?

– Работу?

– Может быть, дворник или уборщик в ресторане?

Мне было трудно представить Кэйда, моющим посуду в ресторане или пылесосящим ковер в офисе дантиста.

– Раньше он управлял огромной компанией, – напомнила я.

– Да, я понимаю, – невозмутимо ответила доктор Брэнсон. – Но сейчас Кэйд, возможно, будет счастливее, выполняя более простую работу.

– Верно. – Я вспомнила нашу утреннюю встречу с адвокатом и понадеялась на то, что они сумеют вернуть хотя бы часть денег, положенных Кэйду.

– Что ж, – врач встала, – я уже опаздываю на очередной сеанс.

Я вышла следом за ней в коридор, и она повернулась ко мне с улыбкой:

– Золото может долго оставаться в нашей жизни. Не забывайте об этом.

– Вау, не могу поверить, что он придет на свадьбу, – воскликнул Райан. Был вечер, и он сидел за кухонным столом, глядя в телефон.

– Кто? – спросила я, поднимая глаза от блюда с подгоревшей лазаньей, которую приготовила и оставила в морозилке мать Райана. Я забыла прогреть духовку, и верхняя корочка запеклась слишком сильно.

– Джош Грэм, – ответил он – Старый друг из Йеля. Он только что прислал мне письмо по электронной почте.

– Раньше ты никогда о нем не вспоминал. – Я сморщила нос.

– Джош – мой друг юности, – объяснил Райан. – Теперь он живет в Нью-Йорке с женой и двумя детьми. Руководит страховым фондом, дела у него идут отлично.

Я представила письмо от Джона Грэма о том, что он приедет. И в письме указана дата. Я безразлично отвернулась.

– Что-то не так, дорогая? – спросил Райан.

Я вздохнула.

– Не знаю. – Я потянула ворот свитера, который вдруг начал царапать мне шею. – Может быть, нам следовало бы включить в список гостей только близких друзей и членов семьи.

– Но когда мы это обсуждали, ты ничего не говорила о количестве гостей. И потом, Джош – близкий друг.

– Близкий друг? Я никогда о нем не слышала, да и ты, судя по всему, не видел его после колледжа.

– Да, – Райан явно обиделся, – но мы время от времени переписываемся по электронной почте и говорим по телефону. К тому же это полезный деловой контакт.

Он, явно обиженный, снова повернулся к ноутбуку.

– Деловой контакт? – повторила я несколько раздраженно. – Значит, наша свадьба превращается в корпоративное мероприятие?

– Кайли, ты преувеличиваешь.

Я снова вздохнула.

– Ты, кажется, говорил, что на свадьбу приглашены и некоторые коллеги твоего отца?

– Хартманы, да, – подтвердил Райан. – Но я знаю их с детства.

– Хорошо-хорошо, – продолжала я. – Но твой отец сказал, что хочет зарезервировать столик для своих служащих. Райан, что это? При чем тут его служащие?

Я чувствовала, как тревога поднимается из глубины моего существа все выше и выше.

Теперь вздохнул Райан:

– А чего ты ждала, Кайли? Мои родители оплачивают свадьбу.

Он встал, прошел через кухню, открыл холодильник и достал пиво.

– Я знаю, прости. Не хотела огорчить тебя.

Зазвонил мой телефон. Я была рада поводу прекратить разговор о свадьбе. После праздника в честь нашей помолвки каждый наш контакт, каждый разговор стали натянутыми и неприятными.

Я узнала номер на экране. Звонили из Харборвью. Может быть, доктор Брэнсон?

– Алло?

– Привет, это Кэйд.

– Привет. – Я повернулась к Райану. Тот что-то печатал на своем ноутбуке.