Сын Пипина Карл Великий (768—814), опираясь на союз с папой и используя христианство как средство идеологической консолидации и упрочения центральной власти, значительно расширил границы Франкского государства и укрепил его. Под его властью находились почти все земли (кроме Англии и Ирландии), где утвердилась римская церковь, вынужденная признать Карла политическим главой христианского мира. В 800 г. Карл был провозглашен императором Священной Римской империи, и папа Лев III возложил на него в соборе св. Петра в Риме императорскую корону, тем самым подчеркнув, что светская власть, сколь бы могущественной она ни была, обретает законность лишь с благословения папы. Коронация Карла произвела огромное впечатление на современников. Император мыслился как продолжатель дела Римской империи, защитник церкви и всех христиан, а его власть представлялась священной. Византийский император поначалу категорически отказался признать Карла главой новой империи на Западе. Лишь в 812 г. он смирился с императорским титулом Карла.
При Карле Великом, стремившемся укрепить свою многоязыкую империю не только силой меча и закона, но и духовно-религиозным единством, положение западной церкви и ее главы — папы — упрочилось. В лице императора франков папство получило надежного защитника своих земельных владений и привилегий. Папские земли были, наконец, ограждены от посягательств извне. Император узаконил церковную десятину, которой стало облагаться все население Западной Европы. Это укрепило экономическое положение церкви, отныне концентрировавшей в своих, руках огромные денежные средства. В этот же период осуществляется унификация по всей империи Каролингов канонического текста Библии, осуществляется литургическая реформа, повсюду устанавливается богослужение по единому римскому образцу. Проводится реорганизация монастырей в соответствии с авторитетным текстом устава св. Бенедикта Нурсийского, совершенствуется система образования, а поскольку оно было преимущественно достоянием клириков, церковь получает более подготовленные кадры. Вместе с тем попытка Карла Великого установить приоритет светской власти над духовной шла вразрез с теократическими притязаниями папства. Еще в формулировке папы Геласия (ум. в 496 г.) подчеркивалось, что только папа обладает правом направлять и вести христианский мир к высшей цели — вечному спасению. Императору отводилась забота о земном благосостоянии и политическом единстве общества.
Развитие теократической доктрины на Западе привело к тому, что государственные дела стали рассматриваться папами как один из аспектов деятельности церкви. На этом особенно настаивал папа Николай I (858—867). По его поручению епископ Хинкмар Реймсский развивал учение о том, что король — лишь орудие в руках церкви, направляющей его к истинной цели. Только церковное помазание ставит его над другими людьми. Папа Иоанн III (ум. в 882 г.) пошел еще дальше, заявив, что папа имеет право не только короновать, но и смещать императора.
Для подкрепления теократических устремлений папства Николай I пустил в ход сфабрикованный в папской канцелярии в VIII в. подложный документ «Константинов дар», согласно которому император Константин Великий якобы утверждал права римского епископа как главы христианской церкви и даровал ему верховную власть над Римом, Италией и западными провинциями империи. «Константинов дар» был затем подкреплен столь же фальшивыми декреталиями — сборником вымышленных папских посланий и решений церковных соборов, приписанным ученому-энциклопедисту VII в. Исидору Севильскому, а на самом деле составленным в IX в. «Лжеисидоровы декреталии», вошедшие в свод канонического права, регулировавшего вопросы внутрицерковной организации и деятельности церковных судов, утверждали независимость папы от любой власти на земле и его право осуществлять свои деяния, не считаясь со светскими государями. Подложность «Константинова дара» в XV в. была неопровержимо доказана гуманистом Лоренцо Валлой. Тогда же церковь вынуждена была признать фальсификацией «Лжеисидоровы декреталии».
Отношения, сложившиеся между светской властью и церковью в Византии, отличались значительным своеобразием по сравнению с Западом. Здесь тоже высшая власть носила религиозный характер. В «Эклоге» императора Льва III (717—741) закон назван «откровением божиим». Долг василевса заключался прежде всего в правильном исполнении того, что изложено в Писании. В Византии императоры, как правило, сами глубоко вникали в богословские споры, их слово обладало высшим авторитетом и для духовенства. Синоды и соборы епископов не могли действовать помимо государя. Император Ираклий, например, издал в 628 г. указ относительно обязательности веры в две природы Христа — божественную и человеческую — с признанием в нем единой божественной воли (монофеситство). Однако ему не удалось примирить таким образом монофиситов с ортодоксами.
