Еще в раннее средневековье западная церковь явилась носителем идеи универсализма, что порождало создание централизованной иерархической церковной организации во главе с теократическим государем — римским папой. Папский престол не подчинялся светской власти и вел самостоятельную политику. В Византии, наоборот, светское государство само олицетворяло универсалистскую идею и стояло во главе всей христианской ойкумены. Духовная власть на Востоке была ограничена светской, хотя распространение там теории «цезарепапизма» — полного господства государства над церковью — опровергнута в современной византиноведческой науке. На Востоке не сложилась монархическая теократия, здесь возобладал принцип пентархии (пятивластия) — церковь, по мнению восточных богословов, должна управляться пятью патриархами (Римским, Константинопольским, Антиохийским, Иерусалимским и Александрийским), подобно тому, как пять органов чувств направляют деятельность человека. Восточная церковь выше патриархов ставила вселенские соборы под председательством императора или его представителя.
С универсалистскими претензиями римско-католической церкви был тесно связан и вопрос об языке богослужения. В феодально-раздробленной, многоязыковой Западной Европе, населенной различными племенами и народами, церковь сохраняла единый язык богослужения — латинский — и тем самым утвердила принцип универсализма. Византийская православная церковь, напротив, при христианизации варварских народов не требовала, чтобы греческий язык стал единственным языком литургии. Она допускала богослужение на местных языках — славянских, грузинском, сирийском, коптском и др. Зачастую эта политика обеспечивала успех церковным миссиям православной церкви. Однако борьба между западной и восточной церквами за распространение христианства по католическому или православному обряду никогда не прекращалась.
Наряду с догматическими и обрядовыми расхождениями восточную и западную церковь разделяли укоренившиеся в широких кругах средневекового общества Запада и Востока устойчивые социально-психологические различия. Западной религиозности была свойственна глубокая эмоциональная напряженность, граничащая с религиозной экзальтацией. Для верований греков была характерна отвлеченная философская рассудочность, приверженность к глубоко трансцендентным идеям. Взволнованное воображение латинян постоянно устремлялось к крестным мукам Христа, страшным мукам грешников в аду. В православной церкви на первый план выдвигались радостно-просветленные моменты из жизни Христа, его воплощение и воскресение. Это нашло отражение в византийской и западноевропейской культуре, в частности, в литературе и искусстве.
Итак, различия между западной и восточной церквами вытекали из особенностей социального и экономического положения церкви на Западе и в Византии, из устойчивых отличий идейных традиций, социальной психологии и церковного ритуала, из политического и языкового разобщения Запада и Востока.
Многовековые распри между Востоком и Западом завершились в 1054 г. разделением церквей, каждая из которых считала себя единственно вселенской, ортодоксальной, а другую — еретической. Западная церковь стала называться римско-католической, а восточная — греко-православной. Схизма была итогом не только церковных разногласий, но и отражением существенных различий в историческом развитии западных областей Европы и Византии.
Распад империи Каролингов повлек за собой и упадок папства и возглавлявшейся им католической церкви. Без политической и военной защиты империи власть папы, который еще недавно давал указания государям в далеких землях, оказалась слишком слабой, чтобы усмирить притязания феодалов в самой Италии. Римская знать распоряжалась престолом св. Петра как своей вотчиной.
При германском короле Оттоне I была сделана попытка восстановить Священную Римскую империю. Римляне присягнули ему в том, что отныне они будут избирать папу только с соизволения императора. Когда смещенный императором папа Иоанн XII попытался вернуть себе папский престол, Оттон I вернулся в Италию и учинил разгром его сторонников. После этого германские императоры назначали пап, не говоря уже о епископах, которые рассматривались ими как официалы короны.
Подчинение церкви светской власти стало реальностью не только в Германии, но и по всей Европе. Старое каноническое правило, что епископ избирается клиром и народом, не выполнялось. Епископы и аббаты назначались светскими властями, которые по существу присвоили себе право инвеституры — назначения и утверждения в сане высших духовных лиц. Епископ должен был преклонить колени перед сеньором, принести ему оммаж и получить от него посох и кольцо как знаки его сана.
