В средние века христианство не только санкционировало феодальный строй. Оно было политической доктриной, идеологическим и этическим регулятором средневекового общества, формой его сознания и самосознания, основой его духовной жизни и культурной общности европейского мира. Как ни в один иной исторический период, в то время его организация — церковь претендовала на то, чтобы быть мистическим единством всех верующих, объединять все классы общества. Ее учение становилось точкой отсчета для разрешения социальных противоречий. Господствующие и угнетенные классы вырабатывали несхожие определения содержания общепринятого учения, считая истинной именно свою интерпретацию. Вместе с тем, провозглашая «равенство во Христе», церковь в реальной жизни исключала всякие притязания на подлинное равенство, демагогически используя равенство всех перед богом для оправдания «естественности» действительного неравенства, классового, социального и всякого иного.
Церковь создает религиозное учение с внешне универсалистскими характеристиками. В его границах идеи господствующего класса постоянно видоизменяются и расширяются с тем, чтобы иметь возможность ассимилировать какие-то элементы народного сознания, которые таким образом оказываются оторванными от своей собственной системы и подчинены чуждой. Со своей синтезирующей идеей божественного воплощения и страдания ради спасения всех людей христианство становится основой как для богословских исканий (народного или официального толка), так и для возникновения различных ересей, сохраняя тем самым свою действенно-массовую направленность. Не случайно и все выраженные в общей форме нападки на феодализм и прежде всего нападки на церковь, все революционные — социальные и политические — доктрины должны были по преимуществу представлять из себя одновременно и богословские ереси.
Народная религия, с одной стороны, противостояла официальному христианству, его изощренным богословским структурам, предназначенным интеллектуальной элите, образованным людям того времени, а с другой — постоянно питала ортодоксальную идеологию, порождая необходимость ее корректировки. Образный строй, знаковая система и символизм средневекового христианства также во многом базировались на специфике образности народного сознания.
Исходя из этого, история средневекового христианства не может быть сведена исключительно к истории церкви и ее официальной доктрины, но включает и специфику народной религии, отражающей взгляды трудящихся масс, а шире — различных слоев мирян, а также еретических движений.
Культура европейского средневековья[16] охватывает более чем двенадцативековой отрезок трудного, сложного, изобиловавшего взлетами и падениями пути, пройденного обществом в эпоху феодализма[17]. Она — часть общемирового культурного процесса того времени, несущая в себе его основные типологические черты. Но как подлинная культура она обладает и глубоко индивидуальным обликом, складывающимся из множества общих и особенных черт духовной, творческой жизни создавших ее народов, сливающихся в те великие и мощные проявления, которые составили собственно вклад Европы в мировую цивилизацию, определили ее самобытность.
Понятие Европы к первым векам средневековья применимо лишь в географическом смысле. Однако уже к исходу раннего средневековья становится очевидной общность исторических судеб, а, следовательно, и культурного развития народов, ее населявших. Итогом этого периода были первые шаги в создании духовного единства всего континента. Произошел первоначальный синтез главных слагаемых культуры раннего средневековья: античного наследия, христианства и духовной жизни варварских народов. Культурной наставницей Европы в то время была Византия.
Усвоение античного наследия имело большое значение для всей Европы, а не только для ее средиземноморских областей. Отношение к нему — это один из вопросов, наиболее беспокоивших христианскую церковь как в период ее становления, так и тогда, когда она стала господствующей силой. Церковь или боролась против античного наследия, или поощряла его усвоение, но все периоды культурного подъема в средневековой Европе так или иначе были связаны с ростом интереса к нему. Это касается и тех стран и народов, которые не имели прямых соприкосновений с античным миром на ранних стадиях средневековой истории.
Средневековая культура формировалась, опираясь и на духовную жизнь «новых» народов Европы, которая составила основу народной культуры феодального общества, питала живыми соками героический эпос, литературу, архитектуру, музыку, театр, изобразительное и прикладное искусство.
