В Средние века роль «воинов» достигла своего апогея, фактически короли были прежде всего военными вождями, и вся система вассалитета держалась именно на военной иерархии. Король давал баронам землю в обмен на вассальную клятву и обещание выступить на его стороне в случае военного конфликта плюс привести с собой отряд из определенного количества воинов. Бароны делили полученную землю на части и раздавали своим людям, с которых, в свою очередь, тоже брали вассальную клятву и обязательство прийти к ним на службу. Когда начиналась война, король бросал клич, бароны собирали своих вассалов, те садились на коней, брали отряд и шли отрабатывать полученные поместья.
Я описала ситуацию очень схематично, в разных странах были свои особенности, но суть, думаю, ясна. Феодализм был системой, в которой власть принадлежала «воинам». Каким бы неоднородным ни было «сословие сражающихся», они все равно стояли над всеми остальными, кроме духовенства, – крестьянами, ремесленниками, торговцами и т. д. Но где-то века с XI эта система стала усложняться, и внутри тех, кто сражается, внутри феодального строя, выделилась особая каста, которая и получила название «рыцарство».
Флори[4] пишет, что рыцарство в ХI и ХII веках – это почетная профессия отборных воинов, которые являются исполнителями воли своих командиров – от непосредственных сеньоров до принцев. То есть рыцари – это в первую очередь лучшие хорошо вооруженные конные воины.
Но особенность Средневековья в том, что дворянин и рыцарь – совсем не синонимы. Рыцарь мог быть дворянином от рождения, но мог и не быть, а свое благородство (все равно врожденное, потому что иначе он не стал бы достоин звания рыцаря) он должен был подтверждать своим поведением и поступками. Дворянин, в свою очередь, несмотря на знатное происхождение, мог быть объявлен недостойным рыцарского звания и исключен из круга благородных людей.
Как такое могло случиться? И как возникла подобная странная система? Поскольку мы воспитаны в основном на более поздней культуре (Возрождения и Нового времени), понять это трудно. Но все же попытаемся, хотя бы в самых общих чертах. Дворянство складывалось как бы параллельно рыцарству и в то же время постоянно с ним пересекаясь. Я говорю о дворянстве как о мелких и крупных феодалах, слое наследственных землевладельцев, тех самых людей, что получали землю от короля или баронов, но уже не за личные заслуги, а наследуя от своего отца как поместье, так и вассальную клятву служить тому или иному сеньору. К ним добавились многочисленные потомки аристократии, не имеющие земли, но имеющие несколько поколений знатных предков. Эта система, думаю, проста и понятна.
С рыцарями все гораздо сложнее. Здесь надо понимать, что рыцарство в Средние века никогда не передавалось по наследству, это был исключительно личный титул, дарованный за заслуги[5]. И с получением этого титула человек автоматически становился не только рыцарем, но и дворянином. Поэтому среди рыцарства первое время было немало тех, кто завоевал власть и почет силой оружия, но мог не иметь благородных корней. То есть в рыцарской «корпорации» было много людей, которые в глазах наследственной знати были «выскочками». Вследствие этого – в силу неоднозначности их положения – в среде рыцарства стала формироваться их собственная особая идеология. Она придавала блеск и благородство самому понятию «рыцарь» и превращала в общественном сознании профессиональных вояк в некую элиту, благородную не столько в силу происхождения, сколько в силу принадлежности к этому избранному кругу. Более того, само слово «рыцарь» постепенно перестало означать просто воина, а превратилось в титул, получение которого обставляется пышной церемонией.
Возможно, это выглядит несколько запутанно, но взаимоотношения между рыцарством и дворянством были еще запутаннее. С одной стороны, чтобы стать рыцарем, надо было в первую очередь обзавестись соответствующим снаряжением, очень недешевым, то есть в основе всего были деньги. С другой – получилось, что параллельно существуют как бы две воинские элиты, одна из которых получила свой статус благодаря происхождению, а другая – благодаря принятию новых членов в «элитный клуб». Причем вторая стремилась к поглощению первой – довольно быстро посвящение в рыцари стало практически обязательным для любого молодого дворянина, делающего военную карьеру.
