- Просто я пошла попить воды! Мне очень хотелось пить! А вы вечно оголяетесь! Не подсматривала я вовсе! Очень мне надо!
Стефано повалился на спину от смеха.
- Я вечно оголяюсь? Конечно! Все хорошо рассмотрела?
Вера смущено опустила голову.
- В наказание побудешь для меня зеркалом, - сурово сказал Стефано.
Он собирался побриться с помощью кинжала. По правде говоря, в зеркале он не нуждался, но хотелось пофлиртовать с Верой.
Вера посмотрела на острое лезвие и улыбнувшись, сделала вид, что не понимает его.
- Для чего вам зеркало, сеньор Стефано? Хотите лишний раз убедиться, что вы красивый!? Не сомневайтесь, так оно и есть.
- Да ну? - он искренне удивился, но не словам, а интонации, с которой они были сказаны, простодушной и бесхитростной. - Хочу избавиться от зарослей на лице. Если я порежусь, будешь виновата ты! - Стефано улыбнулся, заранее приготовив ответ.
- И каким образом мне придется заглаживать свою вину? - поддержала его флирт Вера.
- Ты разве не знаешь, как легко женщины справляются с порезами на лицах мужчин? - Стефано игриво посмотрел на нее, но тут же продолжил. - О, я и забыл! Ваши мужчины носят бороды по пояс! - он самодовольно засмеялся.
- Да уж прямо, по пояс…Мой муж брился по два раза на день. Утром - для общества, а вечером - для меня. - Вера гордо глянула на генуэзца.
Стефано это не понравилось. Мужа славянки он причислил к своим личным врагам. Генуэзец вспыхнул, представив, как похожий на медведя лохматый, грубый мужик гладит огромными ладонями ее нежную грудь. И…о, боже…целует слюнявыми толстыми губами и стонет на ней, ритмично двигая мясистыми ягодицами. Стефано нарисовал на своем лице приторную улыбку и вкрадчиво, с трудом скрывая раздражение, спросил:
- Ты еще любишь своего мужа?
- Я вышла замуж по любви, - уклончиво ответила она. - Но…все уже давно в прошлом… бессмысленно вспоминать его. - Вера увидела, что разнообразные эмоции отразились на его красивом лице, и ей стало так радостно и светло на душе. Значит, она ему не безразлична! Но обсуждать Игоря ей совершенно не хотелось. Хватит и того, что она подглядывала. Она ловко перевела тему разговора:
- Какие же существуют средства для лечения порезов?
Стефано посветлел лицом и ожил:
- Их много, но самое надежное - поцелуи.
- Ага! Так вы специально изрежете себе все лицо! - поддела его Вера.
- И ты не проявишь милосердия?!
- Не знаю, не знаю, - Вера опустила густые шелковистые ресницы, - надо подумать… Дарить поцелуи малознакомому мужчине…Хм..м… Тот вечер совсем не в счет. Просто вы меня тогда околдовали, загипнотизировали!
Стефано усмехнулся, обдумывая ответ. Что-что, а флиртовать он умел! Взглянув на нее из-под нахмуренных бровей, он тихо спросил:
- Так значит, не поцелуешь?
- Ну, разве только один раз. А если вы, сеньор Стефано, не порежетесь, то и ни разу!
Стефано залился веселым смехом, сделав вид, что принимает ее отказ. Оказаться в роли отвергнутого ухажера у женщины, которая принадлежит ему - это что-то новенькое. И к тому же так развлекает! Надоело все время брать крепости без боя! Конечно, он не хотел видеть ее испуганной и покорной. Насилие над женщиной - удел низких и презренных мужланов. Намного лучше приручить ее…влюбить в себя!
- Приступим, - сказал он и, перестав смеяться, взял в руки кусок мыла.
Кинжал был острым, и Стефано особо не старался. Он смотрел в глаза девушки, большие и ясные. Они казались ему похожими на цветы барвинка, оплетающего в Солдайе клумбы. Растению нипочем ни заморозки, ни засуха, его голубые цветы не гибнут даже под мартовским снегом.
- Ой, чувствую, кровь моя хлещет … - проговорил он, подмигивая Вере. - Почему ты не поправляешь меня?
- Не кровь, а мыльная пена капает на вашу одежду, сеньор Стефано. Вы не порезались, вот я и молчу.
- Обманываешь… - недоверчиво проговорил Стефано, вытер холстом остатки пены и провел им по лицу. Пятна крови выступили на материи, и он улыбнулся, взглянув на девушку. - Коварная! За это тебе штраф. Поцелуешь меня в губы.
Вера усмехнулась. Хитрый генуэзец специально поцарапал ногтем лицо! И она тоже схитрит. Она захихикала:
- А штрафы-то мы не оговаривали!
- Проклятье… - выдохнул Стефано. Паоло был прав, когда говорил, что в ней сидит черт. Лазурные глаза победоносно сверкали. Но Стефано не поддался на ее хитроумную уловку. Он вздохнул и жестко сказал:
- Ты что, глухая? Или жестокая вертихвостка… заметила, что я покорен твоей красотой? Помнишь, я говорил, что не отпущу тебя? Так и оно вышло, рок все сам решил. Забудь про своего мужа, больше ты его никогда не увидишь, - он помолчал и добавил. - Ты не выходишь у меня из головы… я очень хочу тебя. Ты что, не понимаешь… я могу в два счета покончить с твоим кокетством! - Стефано изобразил на лице натянутую улыбку. Он не узнавал самого себя. И это он говорит той, которая дважды спасла его от смерти?
«Ты неблагодарный мерзавец»! - мысленно обругал он себя.
