- Да, я женат, у меня трое маленьких детей, теща, которую нужно навещать, и собака, которая лает. Как вы думаете, отчего я выбрался на улицу, чтобы спокойно покурить?
- Очень убедительно. Я думаю, мы...
Голос потонул в шуме подъезжающей машины. Лица четырех мужчин озарились резким светом фар. Машина затормозила и остановилась рядом с ними. Суперинтендант Хатчет выглянул в окно.
- Эрскин! Что тут у вас?
- Этот человек приблизился к нему, сэр, под предлогом...
- Не имеет значения. Все равно. Посадите его в машину.
- Есть, сэр. Что произошло?
- Еще один расчлененный труп. Третий. И, судя по тому, что я слышал, самый ужасный.
У моста на обочине стояли три патрульные машины. Футах в тридцати от парапета кончалось освещение, и промежуток строящейся улицы тонул во тьме. Сейчас там стояла полицейская машина; её фары бросали яркое пятно на кусты на откосе, по которому от моста вилась тропинка.
- Пресса, - сказал он констеблю, преградившему им путь.
Хатчет поспешно обернулся.
- Не подходите ближе, мистер Ларкин.
Он с благодарностью остановился. Отсюда были видны склонившиеся над чем-то силуэты. Луч света на мгновение выхватил страшные очертания. У него зазвенело в голове.
Суперинтендант подошел к Грегори. Ларкин слышал, что они о чем-то шепчутся. На улице завыла сирена. Констебль рядом с Ларкиным отошел к припаркованным машинам. Ларкин остался один.
Внезапно кто-то шепнул ему в ухо:
- Нам опять повезло. А то шумиха уже начала стихать.
Он узнал репортера из "Скетч", но так ему и не ответил. Теперь Джим заметил, что и в других местах стоят репортеры, наблюдающие за работой полицейских. Примерно в двадцати шагах был слышен чей-то хриплый голос, отвечавший на вопросы, сыпавшиеся со всех сторон.
- Снова девушка?
- Это отнюдь не так свежа.
- И где её нашли?
- Вон там, - репортер из "Скетч" указал через улицу.
Ларкин присоединился к кругу спрашивавших. В его центре стоял человек лет шестидесяти.
- Я вижу сумочку и думаю - привет! Потом присматриваюсь...
Ларкин заметил Картера за левым плечом мужчины, закрыл блокнот и подошел к нему.
Картер дописал что-то, прежде чем обратить на него внимание. Он поставил футляр с пишущей машинкой на асфальт и использовал его как стол. Не оборачиваясь, он сказал:
- Грегори обещал официальное сообщение через пару минут. Можете подождать?
- Разумеется. Что вы выяснили?
Картер покосился на него.
- На этот раз, похоже, все заняло побольше времени. Части разбросаны по большей территории.
Желудок Ларкина подпрыгнул к горлу:
- Невообразимо...
Мимо них протиснулись репортеры.
- Кажется, Грегори начинает. Идемте, Джим.
Голос инспектора звучал невыразительно.
- Женщина, возраст - примерно тридцать пять лет. Жестокость, выходящая за все границы. Пока мы не нашли орудия убийства. Поиски продолжаются.
- Вы знаете, кто она, инспектор?
- Да. Мы сообщим об этом позже.
- Когда совершено убийство?
- Женщина мертва около двух часов.
- С ней сделали то же, что и с остальными?
- Да.
- Отрезали ногу и голову?
Инспектор помедлил:
- И руки.
- Есть какие-нибудь улики... зацепки?
Полиция, уклончиво ответил инспектор, продолжит расследование.
Некоторые репортеры разбрелись в поисках телефона. Другие остались и внимательно разглядывали окрестности. Фотографы снимали мост, щиты вдоль дороги, мужчину, нашедшего труп. Сверху на мосту собрались жители окрестных домов. Ларкин поговорил с некоторыми из них. Кроме полицейской сирены они ничего не видели и не слышали. Потратив впустую десяток минут, он вернулся к Картеру.
Суперинтендант стоял на полоске травы и пытался разжечь трубку. Когда Ларкин проходил мимо, тот буркнул, вероятно, своей трубке:
- Почему все женщины такие невозможные дуры?
- Не знаю, - Ларкин подошел к нему. - А она была такой?
Суперинтендант мрачно пыхнул дымом:
- Представьте себе, что вы - женщина. Вы бы стали в одиночку бродить впотьмах?
- Если бы у меня не осталось другого выбора... Скажите, суперинтендант, это намек? Нам следует предупредить читателей?
- Предупредите, но ведь люди не обратят на это внимания. Можете также написать, что мы нуждаемся в их помощи. Не важно, что, нам нужна любая информация.
- Вы имеете в виду, любая зацепка?
- Все. Полезная она или нет - решаем мы.
Карандаш Ларкина застрочил по бумаге: "Все решать будем мы."
- То есть, если миссис Джонс заметит, что её сын по вечерам подолгу отсутствует без видимой причины... Все в этом роде?
Хатчет долго смотрел на него поверх трубки:
- По возможности.
Ларкин захлопнул блокнот:
- Сделаем. Мы напечатаем это большими буквами.
- Это меня очень порадует.
- К сожалению, наш следующий выпуск выйдет только послезавтра, заметил Ларкин.
- Я попросил о том же центральную прессу.
- Но пока наша газета не выйдет...
- Помощь, которая нам нужна, - сказал Хатчет, - мы ожидаем от "Ревю". Люди читают большие газеты в поисках сенсации, но когда дело идет о репортажах, они обращаются к вам.
Хатчета кто-то позвал. Прождав ещё минут пять неизвестно чего, Ларкин снова отправился на поиски Картера. Он нашел того рядом с Хупером, который предложил подвезти их домой.
