Сентябрь в Колумбии – месяц любви и дружбы, когда всем без исключения хочется быть рядом с близкими и семьёй. Но как Бруно и Мирабель Мадригаль вернутся в родной город, если отныне они носят клейма грешников, да ещё и не давали о себе знать целых восемь лет? Да ещё и когда впереди столкновение не только мировоззрений, но и даров волшебной семьи?..
========== Пролог ==========
Некоторые люди кажутся привлекательными по совершенно непонятным причинам. Ими хочется любоваться. Иногда даже подойти для того, чтобы получить шанс на более близкое знакомство. Университет подходит для этого просто идеально, особенно когда девушка, которая запала в душу, сдаст наконец зачёт и оторвёт глаза от своих записей.
– Тадео, прекрати. Ты смотришь на неё как на пирожное в витрине… Тадео!
Местный ловелас лишь отмахнулся от упреждающих шепотков друга. Вижу цель – не вижу преград. Чего пристал? Целая аудитория мятущихся душ, судорожно повторяющих материал, а Паблито, видите ли, надо обломать всё удовольствие от созерцания тонкой руки, накручивающей на палец прядь волос.
Конечно, Мирабель Мадригаль ему не ровня. Эта её юбка, расшитая непонятными узорами, которую девушка надевает на зачёты и экзамены, явно сшита своими руками. Кстати о руках: никакого модного маникюра, на лице – свои веснушки и свои ресницы. Свои губы, чей росчерк уже который день не даёт Тадео покоя наряду с копной блестящих волос до лопаток, роскошными округлыми бёдрами и высокой грудью. И, пожалуй, не меньше завораживал решительный голос истинной бунтарки, которая, несмотря на невысокий рост, решалась дискутировать даже с маститыми профессорами университета имени Боливара, да так, что, должно быть, слышала вся Картахена. Кстати о бунтарках…
Тадео опасливо огляделся. Ирен, французской стервы, видно не было. Блондинистая сука, вечно охраняет от всех такой лакомый кусочек. Интересно, они не?.. Нет, точно нет, Ирен крутит с парнями, эти две – подруги.
Парень толком не знал, что заставило его присмотреться к Мирабель, но, возможно, не последнюю роль сыграло то, что парень получил отворот-поворот от француженки.
Ладно-ладно, ближе к делу. О чём заговорить с ней? Тадео на секунду почувствовал себя непроходимо тупым. Когда это подкатывать к девушкам стало настолько сложно? «Привет, как дела?», улыбка – и первокурсницы, особенно те, что с окраин, таяли прямо на глазах. Но не эта дьяволица.
– Мадригаль, – раздалось из открытой двери, – На зачёт. Без вещей и телефона.
– Иду! – студентка встала, поправив юбку и бросив прощальный взгляд на заставку на телефоне: должно быть, фото семьи. Вещи оставила. Отлично, значит, вернётся, это на пару минут разговора больше.
– Тадео, я серьёзно: отстань от неё, Мирабель не так проста как кажется, – воспользовавшись паузой, снова занудел друг.
– Паблито, ты как в прошлом веке застрял. Я просто поговорить хочу.
– Она в отношениях. Улыбается, когда Ирен шутит над её опозданиями из-за «любовника».
Местный красавчик усмехнулся:
– Не строгих правил, да? Мне же лучше. Ух я бы с ней…
– Я сделал всё, что было в моих силах, – сутуловатый паренёк было поднялся с места, но сильная загорелая рука усадила его обратно:
– Не раньше, чем ты мне расскажешь о той дискуссии «Мирабель против всех» на элективном предмете.
– А, – Паблито задумчиво потёр лоб, – Это была иностранная литература, и она…
***
Вопрос выпал удачный, да и чуть подуставший профессор, в чьих глазах будто можно было прочитать написанное заглавными буквами слово «кофе», не горел желанием подлавливать студентов на каверзных вопросах, так что Мирабель вышла из аудитории с победой. Отвлёкшись на свой ритуал – поглаживание узора на своей особенной юбке с изображением даров семьи Мадригаль – студентка психологического факультета чуть не врезалась в парня из смежного потока.
– Тадео? – удивилась она, поправляя очки, – У тебя разве сегодня зачёт?
– Нет, – расплылся в улыбке юноша, проводя рукой по подбритому на виске узору в виде молнии, – Я тут узнал, как ты отжигала на иностранной литературе.
– Было дело, – слегка прищурилась собеседница, – А что?
– Да просто это же гениально: вступиться за Клода Фролло.
– А что хорошего-то? – Мирабель вернулась за своими вещами, спокойно складывая конспекты в сумку.
– Мой друг Паблито рассказал, что ты верила в то, что говорила. Не осуждала этого персонажа, пыталась понять. Говорила, что он был в плену страстей, и тебе искренне его жаль, –парень с намёком поиграл бровями. Мирабель взглянула на собеседника и усмехнулась:
– Жаль, конечно, но Клод Фролло не обретёт счастья, несмотря на моё заступничество. Я просто хотела показать, что правы не все ярлыки. Далеко не все.
– Что ж, тогда, – собеседник извернулся, преграждая ей дорогу, – А обрету ли счастье я?
– Понятия не имею, я ведь не оракул, – вознеслись на него карие глаза. При этом собеседница сделала какой-то непонятный ему жест ладонью, как если бы гладила кошку, запрыгнувшую на плечо.
– Ладно, красавица, буду предельно честным: я хочу пригласить тебя на кофе, потому что ты мне нравишься.
– Этого не будет.
– Не вопрос, можно и без кофе, – кровь ударила парню в голову, едва он увидел эту дежурную «прости, но нет» улыбку, – Я официально предлагаю тебе встречаться, даже готов познакомиться с твоей семьёй!
