Я сидел прямо на палубе, привалившись спиной к борту, и рассматривал эфес своего клинка. Стилизованный под череп, он словно бы игриво подмигивал мне светящимися тусклым синим цветом провалами глазниц. Чем дольше я всматривался в него, тем больше мне казалось, что череп ухмыляется мне, оскалив зубы. Что ж, учитывая мой ник, в этом не было ничего удивительного.
Может, мне Весёлый Роджер в качестве личного герба взять? Осталось только над девизом подумать. Смех сквозь слёзы? Уныло и вторично. Смеюсь последним? Или…
— О чём задумался, Скоморох? — прервал мои раздумья Аврелий, плюхаясь рядом.
Я перевёл взгляд на гангстера.
— Да так, о разном. Как успехи?
— Потихоньку, — пожал плечами он. — Видео моего прохождения острова уже в тренде. Я-то там отжёг!
— Ага, — согласился я. — И погиб. Только со второго захода справился с миссией.
Это было действительно так. Из нашей команды лишь Аврелию понадобился второй шанс — остальные умудрились добыть живую воду с одного захода. Но всё же гангстер был не одинок — компанию ему составили другие неудачники из числа крупного отряда неписей, что прибыли на остров вместе с нами. Собственно, потому мы все и задержались у острова на несколько дней. И эта задержка мне не нравилась. В последнее время ситуация в мире менялась стремительно, и кто теперь знает, что мы увидим, прибыв в Москву? Разрушенный демонами город? Или быть может, красные флаги и торжество идей коммунизма? Конечно, последнее из разряда ненаучной фантастики, но после всего пережитого я уже ничему не удивлюсь.
— Бывает, — равнодушно пожал плечами Аврелий. — Зато я всё же достал это, — он с гордым видом помотал в воздухе фляжкой с живительной жидкостью.
— Только тебе-то она зачем? — проворчал я.
— На всякий случай. Уникальная вещь, всё-таки. И, Скоморох, я тебя прошу, открой лицо. Твоя маска… нервирует.
Блин, точно. Я опять забыл убрать личину. Стальная маска, изображающая череп, практически постоянно закрывало моё лицо. Обзору она не мешала, а иные неудобства мне были не страшны — мертвец веса не ощущает.
— Так лучше? — с тихим звяканьем я открыл своё лицо, уставившись на Аврелия ничего не выражающим взглядом.
— Намного, — криво усмехнулся тот. — Что теперь делать будешь? Уже совсем скоро ты вернёшь себе жизнь и воскресишь родных — все твои цели будут достигнуты.
— Я думал над этим. Наверное, нужно будет продолжить работать на Аида. Вокруг Апокалипсис, ситуация становится только хуже и бог Смерти — один из немногих, кто имеет представление о том, что нужно делать. Я надеюсь. А ты?
— А я в растерянности, — Аврелий нервно взлохматил волосы, уставившись в морскую даль. — Видимо, я застрял здесь навсегда. Нужно что-то делать, думать о будущем, но у меня просто нет на это никаких моральных сил. Остаётся только довериться судьбе и плыть по течению.
— Не торопись с выводами, — я постарался утешить гангстера, положив ему руку на плечо. — Возможно, это ваша Корпорация всё-таки разберётся с механизмом Срыва и вытащит вас в реальный мир.
— Ага, как же, — насмешливо фыркнул он. — Ты сам-то в это веришь? Я мониторю новости. Так вот — никто не знает, что делать. У учёных даже самых завалящих гипотез нет! Какая-то магия, блин.
Мне нечего было ему сказать. Он не маленький — сам всё прекрасно понимает. И фальшивые натужные утешения ему не нужны. В то, что их учёные найдут способ вытащить людей из виртуальности, я и сам не верил. Скорее, правительство всё же решится отключить Игру, обрекая нас всех на забвение. Не удивлюсь, что только так можно разрубить этот чёртов Гордиев узел. Нет людей — нет проблемы.
Я был твёрдо уверен в том, что политики везде одинаковы. Что в виртуальности, что в реальности.
Остаток путешествия прошёл спокойно. Никто не напал на наш корабль, чего я втайне ожидал. Не было конфликтов между неписями и командой корабля — все были слишком погружены в свои мысли. Из разговоров я понял, что долбаный Кот подобрал ключик к каждому из нас, а потому все присутствующие имели сомнительную радость столкнуться со своими внутренними демонами. Это ведь только кажется, что встретиться лицом к лицу со своими страхами, сомнениями и переживаниями — легко. На самом же деле, в душе каждого человека есть тёмный закоулок — заброшенный чулан, покрытый пылью и паутиной. Туда мы выбрасываем всё то, что мешает нам жить. Мы закрываем эту дверь на ключ, потому что страшимся своих мыслей, своего прошлого. Мы боимся себя, предпочитая забыть и не вспоминать. Вот только проклятая зверюга видела всех насквозь. Кот не постеснялся использовать против нас наши же слабости. И не прогадал.
Последнее испытание было самым сложным. Оно выбило из колеи всех. Даже могучий Рарог — этот свирепый берсерк, что внушал ужас своим врагам одним только видом, был удивительно тих и задумчив.
