Совершенно очевидно, что Гейтс мог свободно разгуливать по Красной площади в августе 1991 года, когда там царила обстановка всеобщей эйфории, вызванной широкой поддержкой победы над ГКЧП. Отражая эти настроения, газета "Россия" от 31 августа 1991 года писала: "Сегодня мы все, россияне, находимся как бы на одном из пиков горной системы истории. Рушатся тоталитаризм, империя, насильственно насажденные Идолы. На новом витке осуществляется возврат к пути развития, исключающем насилие над естеством в лоно цивилизованных государств". В то время, когда президент России именовал своего американского коллегу "другом Биллом", а министр иностранных дел Козырев всячески демонстрировал свое дружелюбие к США, мало, кто догадывался в то время, что в "лоне цивилизованных государств" никто не спешил встречать Россию с распростертыми объятиями", многие россияне поспешили отречься от былого недоверия к США, а иные стали ярыми поклонниками Америки.
Между тем для США крушение социализма и СССР означало, прежде всего, грандиозный рывок к установлению мировой гегемонии. В своей книге "Великая шахматная доска", выпущенной в 1999 году, Збигев Бжезинский писал: "В результате краха соперника Соединенные Штаты оказались в уникальном положении. Они стали первой и единственной действительно мировой державой. И все же глобальное господство Америки в некотором отношении напоминает прежние империи, несмотря на их более ограниченный, региональный масштаб. Эти империи опирались в своем могуществе на иерархию вассальных, зависимых государств, протекторатов и колоний, и всех тех, кто не входил в империю, обычно рассматривали как варваров. В какой-то степени эта анахроническая терминология не является такой уже неподходящей для ряда государств, в настоящее время находящихся под влиянием Америки". Теперь стало очевидным, что, как и для Гитлера, "уничтожение коммунизма", о необходимости которого полвека твердили в Вашингтоне, служило лишь прикрытием для реализации планов установления мирового господства.
Сравнивая современные США с римской империей, Бжезинский писал: "Во времена расцвета империи римские легионы, развернутые за границей, насчитывали не менее 300 тысяч человек: это была огромная сила, становившаяся еще более смертносной благодаря превосходству римлян в тактике и вооружениях, а также благодаря пособности центра обеспечить быструю перегруппировку сил. (Удивительно, что в 1996 году гораздо более густнаселенная сверхдержава Америка защищала внешние границы своих владений, разместив за границей 296 тысяч солдат-профессионалов.)"
В то же время Бжезинский подчеркивал: "Масштабы и влияние Соединенных Штатов Америки как мировой державы сегодня уникальны. Они не только контролируют все мировые океаны и моря, но и создали убедительные военные возможности для берегового контроля силами морского десанта, что позволяет им осуществлять свою власть на суше с большими политическими последствиями. Их военные легионы надежно закрепились на западных и восточных окраинах Евразии. Кроме того, они контролируют Персидский залив. Американские вассалы и зависимые государства, отдельные из которых стремятся к установлению еще более прочных официальных связей с Вашингтоном по всему Евразийскому континенту". Иллюстрацией к этому положению Бжезинского могло бы послужить изображение американского орла, распростершего свои крылья над всем земным шаром.
Бжезинский уверял, что установление мировой американской гегемонии стало естественным следствием превосходства США во всех важнейших областях человеческого развития. Он писал: "Как и в прошлом, применение Америкой "имперской" власти в значительной мере является результатом превосходящей организации, способности быстро мобилизовывать огромные экономические и техонологические ресурсы в военных целях, неявной, но значительной культурной притягательности американского образа жизни, динамизма и прирожденного духа соперничества американской социальной и политической элиты".
Бжезинский подчеркивал:
