Но, поскольку боёв у возможного чемпиона сегодня больше не было, вместе с коллегой встал со скамьи и направился к директору спортивного комплекса. Разговор лучше провести в его кабинете. Подальше от лишних, не в меру любопытных, глаз и — помоги, пожалуйста, Господи! — без участия сующей куда можно и, главное, куда нельзя, свой любопытный и нахальный носик прилетевшей из Москвы, сосем непростой и, главное, никому из них не нужной, гостьи.
Представитель Госкомспорта Ефим Евгеньевич Храмов, посетивший Свердловск для решения текущих «общеорганизационных вопросов», в принципе, не рассчитывал задерживаться на эти, с его «общегосударственной», так сказать точки зрения, мелкие региональные соревнования.
Сколько их таких в необъятном Советском Союзе… Больших городов, втайне считающих себя не хуже Москвы и, тешащих собственное самолюбие, громко именуя очередной населённый пункт «столица края».
А уж про самомнение местечковых талантов он и вовсе был… весьма скептического и неоднозначного мнения. К тому же, будучи специалистом больше «по хозяйственной части» чем докой, разбирающимся в тонкостях поиска и воспитания юных, в той или иной степени проявивших себя дарований, Ефим Евгеньевич относился к этим, так сказать, в кавычках «талантам» без особой надежды и какого-либо пиетета.
Безусловно, он имел отношение к боксу. Занимался в юности, и даже окончил институт физкультуры. Но, с самого начала было понятно, что больших или даже просто, каких-либо заметных высот в этом виде спорта ему не достичь. И потому, наплевав на очень кратковременную и, прямо скажем, весьма непривлекательную в плане физического здоровья, боксёрскую карьеру, с чистой душой и лёгким сердцем, пошёл «по чиновничьей части».
Дело ведь в том, что это лишь молодым и горячим остолопам, отчаянно мутузящим друг друга на огороженном канатами ринге, кажется, что мир и, возможно, даже вся Вселенная, крутится вокруг них. Смелых и бравых парней, не боящиеся ни Бога ни чёрта и, ради достижения очень, с его собственной точки зрения сомнительной, «спортивной славы», тратящих силы и порою даже гробящих здоровье, отбивая товарищам буйные головы.
На самом деле, не только театр, как утверждал широко известный в узких кругах товарищ Станиславский, но и любое, мало-мальски серьёзное мероприятие, начинается «с вешалки». То есть, с не замечаемого многими и такого привычного на первый взгляд, повседневного материального обеспечения.
Ведь, для того, чтобы проводить тренировки, спортивное сооружение нужно сначала построить. Поставить здание на баланс, закупить инвентарь, выделить средства на содержание, оплату коммунальных услуг.
Платить заработную плату, наконец. Обслуживающих и поддерживающих во всех этих огромных постройках жизнь сантехникам, электрикам и уборщицам. Не говоря уже о чиновничьей братии, без которой не мыслимо ни одно важное дело. Да и про тренерский состав тоже нельзя забывать.
В общем спорт — дело весьма затратное о очень ресурсоёмкое. Уделяя внимание, в основном, выделенному на его попечение сектору, Ефим Евгеньевич был в курсе, что в любой дисциплине есть собственные заморочки и трудности. Взять хотя бы разговор с коллегой, курирующем имеющимся практически в любом большом городе Советского Союза, бассейны.
Наполнить ванну которого стоило пять тысяч рублей! Только вдумайтесь! При средней месячной зарплате рядового советского гражданина в сто целковых, один лишь раз залить до краёв бассейн стоит целых пять тысяч. И это не говоря об отоплении. Ведь для того, чтобы поддерживать постоянную, комфортную для посетителей температуру, тоже нужны средства. Причём, огромные по меркам не информированного обывателя и сопоставимые с деньгами, не укладывающимися в воображении простого смертного.
В общем, как вы понимаете, Ефим Евгеньевич работал, в общем и целом «не по спортивной части». Но, уступая просьбе местных коллег, был вынужден задержаться на время проведения этих, мелких и незначительных, с его точки зрения, соревнований. Дабы «придать весомости и значимости» своим присуствием.
Ведь, заседание в судейской коллегии «гостя из самой Москвы», к тому же, имеющего, пусть и весьма опосредованное отношение, к боксу, в глазах периферийных чиновников, поднимало турнир на некий, чуточку более высокий уровень. А так же тонко и осторожно намекало на неявные и, надо признаться, весьма мутные и очень сомнительные «перспективы» для выступающих на канвасе, молодых бойцов.
Но, само словосочетание «на вас приехал посмотреть человек из Госкомспорта» оказывало просто магическое действие! Как на юные дарования, так и на привезший их в город-миллионник тренерский состав.
Да и авторитет местных спортивных функционеров становился чуточку выше. Как в глазах, подотчётных наставников молодёжи, так и, чего греха таить, в их собственных.
