Куда дальше? Ну, не к Лесавесиме, это точно. Дочурка спит без задних ног умаянная занятиями на тренажёрах. К Поляковой так же не завалишь, как в старые добрые времена: вваливаться в комнату замужней женщины посреди ночи – бестактность и грубость. Ольга умчалась в Огнегорск, и вернётся только к подъёму. Остаётся один путь – на улицу.
У входа пост охраны, двое бдят над мониторами, показывающими во всех цветах и красках обстановку в секторе ответственности, но тут проблем не предвидеться, не зря шёл кругом, к башне Клана Флоры.
– Привет Катя, – Куко застыл в проёме, не решаясь сделать шаг на встречу.
– Привет, проказник! Не спиться?
За пультом сидела взрослая женщина, а её напарник отошёл по нужде, то ли просто давая возможность двум «знакомым» поговорить наедине.
Лис присел на стул напротив, не сводя глаз с киборга. Память странным образом вырывала из глубин портреты Ольги, находя много общего. Такая же причёска, с красивым «хвостом», похожие черты лица, заботливый взгляд с немым вопросом.
– Что? – Женщина ещё шире улыбнулась, голова чуть склонилась на бок.
– Вы действительно с Хельгой очень похожи, прямо как сёстры.
После очередной смерти и нового воскрешения Катю отправили служить в ИБиС – бойцы СБ полегли почти все, и ощущалась острая нехватка квалифицированных кадров. Кроме того, Императорский Дом учёл урок прошлого, и в штат охраны ввели боевых киборгов, просто для страховки, и Катя стала одним из них, получив новое тело на бронированном каркасе.
Но эволэк, по уши занятый подготовкой к погружению, не имел возможности побеседовать со своей несчастной жертвой, а потом вообще ушёл в Океанес на долгие месяцы. Но сейчас можно было ни куда не спешить.
– Тебе не зачем искать оправдания собственному поступку, – верно угадав ход мыслей ночного визитёра, Катя постаралась его успокоить, – В сложившейся ситуации это было единственно верным решением. Даже не сомневайся!
Куко ещё сильнее смял пальцами бумажный пакет, когда киборг протянула руку, и взъерошила ему волосы, словно та могла отобрать угощения.
– Всё равно неловко как-то… Разговаривать с тем, кого недавно с таким остервенением расстреливал в упор.
Он опустил глаза в пол, а Катя расхохоталась:
– Мне не впервой менять физическую оболочку, работа такая. Не мучай свою совесть. В таком переплёте лучше было перестраховаться.
Умом понимать правоту слов ИР – это одно, но от неловкости и смущения избавиться оказалось не так просто, и проказник всё равно чувствовал себя виноватым.
– Всё равно извини, – он поднялся, – Выпустишь?
– Конечно, мы же не в тюрьме.
Дверь открылась, и вместе с ночной темнотой ударили запахи. Куко даже немного опешил – практически стерильные больничные палаты не шли ни в какое сравнение по нагрузке на обоняние. Мозг с непривычки большую часть из них даже не мог распознать, просто не знал, да и уже забыл, как пахнут леса и трава, даже к озеру можно прийти, закрыв глаза, пользуясь подсказками чуткого носа.
Уши локаторами ворочались во все стороны, ловя звуки ночной жизни, а света двух серебряных ламп, Велеса и Сварога, уже скрывшихся на три четверти за горной грядой, с лихвой хватило, чтобы увидеть все красоты мира.
Лис задрал голову, широко распахнутые глаза улавливали свет самых крошечных огоньков в небе. Казалось, видно мельчайшие клочки далёких газовых туманностей, самая крошечная волна на водной глади, поднятая едва заметным ветерком, переливалась осколками зеркал.
– Вот это да… – потрясённо протянул Куко, – Жаль, что Шакко нет рядом, вот бы удивилась!
Всё же жизнь двух лисиц на станции была наполнена урбанизированными пейзажами, и кицунэ не познали всего великолепия живой природы, что раскрывались перед обострившимися до предела чувствами.
Потрясённый до глубины души, он шёл по дорожке ломанной кривой, от одного края вымощенной камнем ленты к другому, вдыхая полной грудью запахи цветов. Буквально через минуты три, Куко уже смело закрывал глаза, и, продвинувшись вперёд, нюхом определял, какие конкретно цветы высажены в очередной клумбе. Он так увлёкся, что упустил важную деталь – организм ещё очень слаб.
Внезапно перед глазами всё поплыло, а когда через секунду (минуту?) сознание прояснилось, Лис обнаружил себя лежащим на земле. Споткнувшись о бордюр, он рухнул между рядами высаженных замысловатой кривой гиацинтов, прямо на коротко стриженную траву, помяв несколько цветов. Из пакета выкатилась бутылочка, но хоть печенье осталось внутри, а то пришлось бы выбросить.
Поднявшись на четвереньки (попытку встать разум пресёк в зародыше), он собрал свои пожитки, и, добравшись до лавочки, сел. Глубокое дыхание хоть как-то приструнило расшалившийся вестибулярный аппарат, и Куко огляделся.
Ноги, оказывается, привели его к аллее, что стремилась к озеру от башни Клана Флоры, и тут он увидел кое-что знакомое.
Пины. Длинный ряд крошечных сосен, словно череда голубых фонариков, убегал к самой воде и кольцом охватывал водоём. И хотя маленькие деревья едва рассеивали мрак цепочкой разобщённых огней, но воображение вмиг стёрло границу между прошлым и будущим.
