После обычного завтрака, как правило, состоящего из некого подобия нормальной еды, членов экипажа с неумолимой силой, просто невероятным образом потянуло в сон, который неотступно и верно наступал по всем фронтам, следуя за их проведенными манипуляциями буквально по пятам, так сказать, совершенно полным порядком, подчиняя естественному своему влиянию каждую клеточку мозга, каждый нерв и мускул всех, без какого-то ни было исключения, этих собратьев по несчастью, без того уже сильно измученных и опустошенных, не разбирая в действительности, кому и для каких целей данное воздействие предписывается. Вероятно, таким немыслимым способом ликвидировалась скопившаяся за проведенный прошлый период времени страшная усталость, буквально заполнившая вокруг своим неописуемым угнетающим эффектом, точно густой туман, распространяясь, расползаясь в воздухе бледной мягкой массой, окутывая и вбирая в себя всех людей, собравшихся в столовой, как вязкий фруктовый кисель, хорошо сваренный заботливой хозяйкой, обволакивал язык, небо и горло человека, его потреблявшего.
Очень кстати будет уточнить, что погружение в состояние анабиоза, отнюдь, не приносило каких-либо исключительно положительных эмоций, прилива физических, душевных сил, как могло показаться изначально наблюдающим за данным непомерным процессом со стороны. Скорее наоборот, он начисто изматывал и подавлял весь человеческий организм, превращая в некое подобие абсолютно безвольного существа, совершенно слабого и болезненного. Неизвестно, куда только девалась из людей вся существующая в них энергия. Конечно, насчет других созданий, представление имелось не очень достоверное, вернее не полностью известное по данному аспекту, исключительно поверхностное, ведь устройство их организма, взять хотя бы тех же сатанов, казалось совершенно иным, несколько отличным от обыкновенного человеческого индивидуума. Здесь же, состояние здоровья членов команды определенно оставляло желать лучшего. Несомненно, что плохое самочувствие, какое обычно наступает после проведенной бессонной ночи, было во многом сравнимо с данным ощущением, когда нарушается должная координация движений, мысли в голове протекают вяло и сумбурно, словно ища там необходимого пристанища и никак, должным образом его не обретая. Сознание постепенно уходило из-под вразумительного контроля, абсолютно не желая подчиняться их истинным владельцам, теряя контакты со связывающим командным центром мозга, то и дело, на незначительные мгновения, пропадая из видимости реально происходящих событий, как картинка монитора камер наружного наблюдения съезжает, то вправо, то влево от нужного правильного ее расположения по центру.
Александр, первым не выдержавший такого явственного снотворного давления, буквально растянулся, весь, целиком и полностью, на первом же свободном столике брюхом вниз, свешивая с него внезапно переставшие повиноваться, бесполезные руки и ноги, захрапев при этом так, как то позволяла вся его система естественной вентиляции легких. Владимир еще долго сопротивлялся, на что хватало сил, тер слезящиеся глаза, тряс головой, словно пытаясь сбросить с себя внезапно возникшее оцепенение. Но, несмотря на предпринимаемые меры, он и сам вскорости свалился тут же, полностью опустошенный и беспомощный, однако, по всей видимости, в числе самых последних. Остальных он уже совершенно не видел и не слышал, пребывая, таким образом, бестелесной бессвязной куклой на полу, наклонив голову для удобства на сидение стула.
В процессе увлечения происходящими событиями никто из присутствующих совсем не принял во внимание поистине действенный обратный эффект возвращения времени, проявляющийся в некотором полном обездвиживании организмов, испытавших анабиоз на самих себе, спустя определенный период после этого, в зависимости от продолжительности данного вида сна и состоянием выносливости его принимавших. Чем дольше продолжалось забвение, тем быстрее наступал момент возникновения такой неподвижности, хотя временной промежуток вышеописанного состояния всегда неизменно оставался по какой-то неизвестной причине абсолютно одинаковым для всех ее участников. Но на обычный сон он походил мало. В голове происходила полная бессмыслица. Возникали образы и видения совершенно не свойственные всей подобной природе вещей, будто бы вырывая живое и еще мыслящее сознание из бесполезного тела, отправляя путешествовать назад в прошлое, во все пережитые ранее моменты своей жизни одновременно, но уже, однако, в несколько другом качестве, не больше не меньше, только как наблюдателя со стороны. Беспамятство продолжалось довольно долго, буквально около часа. Ситуация на корабле могла выйти из-под контроля, но ничего уже нельзя было сделать, противопоставить этой явной неизбежности и непредсказуемости бытия. Оставалось лишь только ждать окончания такого необратимого для всех процесса.
