Если говорить по существу, то серьезных мест для проявления своих талантов на пользу общества для обыкновенных людей существовало очень мало, если не сказать больше - их вовсе не было. Все мало-мальски значимые должности естественно уже оказывались занятыми представителями различных правящих семей, чтобы в полной мере обладать необходимой информацией и держать свершающиеся процессы под неустанным контролем. Эта верхушка по праву именовалась громким словом "избранные", хотя для чего они выбирались и кем действительно, так сказать, были отобраны из общего числа граждан, оставалось загадкой. Никто конечно и понятия не имел о таком незаурядном процессе.
Все перечисленные личности естественно закреплялись в общих сетях безопасности, совершенно точно опознавались системами слежения, вплоть до места нахождения каждого отдельного человека в определенный момент времени, выявления его имени, статуса. Становилось просто невозможно оставаться незамеченным на планете Земля, чтобы совершать какие-то ни было действия несанкционированные Системой. Соответственно утрачивался и смысл в каких бы то ни было средствах расчетов между людьми и всей сложной системы денежного обращения, когда можно было получить любой товар или услугу абсолютно просто так, не прилагая для этого особых стараний и сил, лишь только посетив для необходимой процедуры соответствующий магазин или салон.
Нужно сказать еще о некоторой категории субъектов, не принадлежащих ни к одной из вышеупомянутых групп, так называемых биологических организованных граждан, создаваемых самой Системой для различных организационных мероприятий и служащих некими вспомогательными модулями для поддержания всей ее целостности и функционирования. Каждый раз, через установленные промежутки времени им загружалась определенного вида программа необходимых знаний, для каждого экземпляра в отдельности, побуждающая совершать те или иные действия. Все они выглядели обычными членами общества и люди научились к ним приспосабливаться, как-то особо не замечать без необходимости, будто это - само собой разумеющееся явление и так было абсолютно всегда.
Владимир вспомнил, как он еще ребенком отбирался именно для поступления в военную школу в целях дальнейшего роста и развития всех его многочисленных способностей, хотя тут конечно не обошлось без значимого влияния высокопоставленного дядюшки, являющимся на тот момент неким орденоносным генералом космических войск.
"Зачем ходить вокруг да около без дела, просто так есть свой хлеб, будто ты какая-то скотина безвольная, - говаривал в тот момент его предок. - Нужно ли уподобляться общей туповатой массе местных жителей. Лучше ведь приносить хоть какую-нибудь пользу обществу и тогда весь мир будет лежать у твоих ног, откроются новые горизонты возможностей и знаний, без которых ничего в мире не стоит на месте".
Он естественно оказался прав, хотя конечно без непосредственного участия генерала трудно было ему сейчас представить такое будущее. Владимир просто-напросто не предполагал бы существование какой-то другой отличной жизни, совершенно иного образа и уклада, необозримо охватывающей и раскрывающейся во всей полноте бездонных глубин различных сфер деятельности и совершенно точно не стал бы тем, кем на данный момент являлся.
Сознание уплывало куда-то вдаль. Белый туман окутывал со всех сторон его бренную сущность, словно неосязаемое пуховое одеяло каждым своим кусочком дарило ощущение некого несказанного тепла, невообразимого блаженства, проникая сквозь клеточки во все внутренности организма сразу, просачиваясь и наполняя той удивительной отрешенностью, отстраненностью от всей существующей реальности событий, какой будто колдовскими чарами невидимый маг-волшебник наделил окружающую среду вокруг себя. Действие наступало почти мгновенно, останавливая нужные процессы, чтобы останься уже в таком состоянии некоторое довольно продолжительное время, кое действительно требовалось для полного завершения всех возможных операций. Они протекали в голове крайне вяло и неторопливо, как могло показаться со стороны - почти целую вечность, осмысливая одно и то же отображение определенных форм создания своих зрительных образов по нескольку раз. Изображение проступало очень медленно, как картинки слайдов при показе какого-нибудь учебного фильма из кинопроектора, благо времени на это имелось более чем предостаточно. Но для непосредственного участника данное представление событий не выглядело каким-то уж слишком замедленным или совсем лишенным смысла, а скорее напротив, казалось более понятным и доступным, словно раскрываясь тем самым каждым своим мгновением прожитой жизни. Наконец воспроизведение сделало акцент на неком непонятном эпизоде, вероятно желая обрисовать тот подробнее, разложить все относящиеся данные по полочкам, дабы дать возможность владельцу оного полностью и с надлежащей точностью усвоить всю полученную информацию целиком.
