Что за ерунда – не мыться во время простуды?
Как раз это и хотелось сделать больше всего — смыть с себя усталость и нервную напряженность, что возникли после встречи с Денисом.
Облачившись в теплую пижаму, Юля готова была юркнуть в постель, но остановилась у комода. Медленно, будто несмело, открыла верхний ящик и из самого его дальнего уголка вытащила коробочку.
Она не заглядывала в нее с того вечера, как получила ее в руки. Взглянула тогда лишь мельком и убрала подальше с глаз. Теперь же, забралась в кровать и под мягким светом ночника принялась рассматривать кулон, что лежал на бархатном дне.
Скрипичный ключ. Усыпанный аметистами. Почему скрипичный ключ? Задумалась, имеет ли этот подарок тайный смысл? Судя по последним событиям – нет. И лучше не искать его, этот смысл. Чтобы потом не разочаровываться. Лучше, действительно, принять все, как есть. Но так не хотелось этого делать. Все внутри протестовало и перечило. Разум тут же выдал металлические слова Дениса – холодные и острые; а сердце свой веский довод – браслет на его руке. Не снял же. Носит. Чему верить? Потому и думала, что он от браслета избавится – по себе судила. Сама бы точно это сделала. А он не снял…
Ломкая сухость во рту напомнила, что нужно выпить приготовленный мамой чай и нырнуть с головой под одеяло. Юля так и сделала. Но прежде достала тонкую золотую цепочку…
***
— Ой, Вера, что будет… — восторженно вздохнула Таня, глядя на долгие и кропотливые плоды их с Верочкой трудов. – Зная Дениса… бежать нам надо отсюда, пока он не приехал. Со всех ног, Верочка, бежать. Он нам этой самодеятельности с рук не спустит.
— Красота-а-а… — блаженно протянула Верка и провела ладонью по стене. – Блин! Вот это я понимаю шик!
— …и вкус, и цвет, – подхватила Таня, но с меньшим оптимизмом. – Нет, ну мне, конечно, нравится. Даже без разговоров.
— Танюш, не переживай, я приму удар на себя. Уж как-нибудь найду способ утихомирить твоего братца.
— Да я в тебе, собственно, не сомневалась, — ответила Таня и тут же вспомнила про браслет, который носит брат. Так и не смогла она добиться внятного ответа, кто же эта тайная дарительница и в каких Денис с ней отношениях. То, что Вера при этом не сдала своих позиций, не удивило и не покоробило.
Брат ни к кому серьезно не относился, а Верочка была постоянной спутницей и часто всплывала в веренице его подруг. Но таких вещиц, как этот браслет, Таня раньше не замечала. Может, и было что-то подобное, но на себя Денис точно ничего не цеплял.
— Убьет, — снова убежденно сказала Танюша, — как пить дать убьет. – Покачала головой.
Девушки замолчали, глядя на стену одним общим настороженно—довольным взглядом. Эхо голосов некоторое время скакало под четырехметровым потолком. Прокатывалось и комнаты в комнату.
— Квартира, конечно, шикарная, — вздохнула подруга брата.
— Да.
Еще бы! Квартира в «сталинском» доме площадью, на которой могло уместиться несколько средненьких «трёшек». Высоченные стены, огромные комнаты. Здесь даже дышалось по-другому. Ванная, каких в обычных квартирах не бывает. Кухня, от размеров которой дух захватывало.
Почти два месяца ушло на ремонт. Не так уж и много, если учесть, что всю отделку содрали до бетона. А теперь взору предстало чистое помещение со стенами цвета слоновой кости и темным полом. Только мебели не хватало. Кроме стремянки и нескольких табуреток в квартире ничего не было.
Сначала странным показалось желание брата решить все в одном тоне, но потом Таня привыкла, и ей даже понравилась такая идея. Зато она не понравилась Верочке, и та надумала добавить пикантности с помощью черно-белых фотообоев. Пока еще оставалась такая возможность. Люди, которых нанял Денис, поработали на славу. Незаконченной оставалась только кухня. Вот ее-то Таня с Верочкой и условились взять на себя.
В тишине, наполненной таинственным предвкушением, прозвучал скрип замка. Хлопок двери. Слышались тяжелые шаги.
В совершенно пустой квартире каждый звук был заметен. Казалось, можно услышать, как в соседней комнате на пол упал лист бумаги.
— Ну, Вера… — Таня сделала дрожащий вдох.
— Привет. Чего притихли? – войдя, проговорил Денис и остановился посреди кухни. – Это что за?.. – прервался, потому что вот так сходу и слов не мог подобрать.
— Мы тут с Танюшкой немного поусердствовали, — радостно начала Верочка. – Как тебе?
Таня стояла в сторонке, поражаясь ее смелости. Сама она не была так уверена, что Денис оценит их старания. На похвалу не рассчитывала, но последовавший после слов Верочки трехэтажный мат все же немного смутил.
Шаурин шагнул вперед, с немым изумлением уставившись на одну из стен кухни. Все, что мог, он уже выразил. На этом его фантазия отказала.
Со стены на него смотрела Мерлин Монро. Улыбающаяся. Задумчивая. Открыто-эротичная. Веселая. Разная.
— Неожиданно, — наконец сказал он. – Девочки, а вам никто никогда не говорил, что глупости не нужно делать даже со скуки?
