— Ты почему не сказал, что приедешь не один? — с ходу напала Таня, но потом смягчилась и спросила тише: — Это та самая загадочная Юлия?..
— Что бы это изменило? — Второй вопрос Денис вежливо проигнорировал.
Таню это ни капли не смутило. В словесных подтверждениях она не нуждалась: помнила красноречивую гравировку на его браслете. Реакция брата на эту девочку также не осталась незамеченной.
— Нашел свою мечту: не пьет, не курит, девственница?
— Угу.
— Вот и правильно. Хватит уже шляться.
Денис взял с тарелки зеленое яблоко и подставил его ко рту сестры, намекая таким образом, что пора уже той остановиться с выводами и рассуждениями.
— А ей сколько лет? — на Таню это, само собой, никак не повлияло, хотя яблоко она надкусила.
— Шестнадцать.
Сестра кашлянула, чуть не подавившись.
— Ты что обалдел?
— Спокойно, мамочка. У нас с ней платонические чувства. Полоскание мозгов оставим на следующий раз, когда я буду в настроении. Мы с похорон. Бабушка у нее умерла.
Таня разом погрустнела.
— А я смотрю, что она такая убитая. Бедняжка… Я вот только не пойму, каким образом вы…
— Давай не сейчас, ладно? Позже поговорим.
— Хорошо. Позже, — согласилась Таня, роясь в шкафу в поисках салфеток. Задевала их куда-то. Были же… Точно были. — Ты посмотри, чего она там застряла, может, ей плохо? — обеспокоено посмотрела на брата.
Денис постучался в дверь. Но Юля и не запиралась. Все это время стояла перед зеркалом, изредка смывая горячие слезы. Как услышала стук, еще раз ополоснула лицо ледяной водой.
— Я сейчас не совсем в форме для такого рода встреч, — тихо сказала Денису, когда вышла из ванной.
— Никакой особой формы не надо. Посидим немного тут, поужинаем, потом поедем ко мне. Не напрягайся.
Не напрягайся. Легко сказать! Все-таки он ее со своей сестрой познакомил, а не с соседкой по площадке. А сегодня Юля не в состоянии ни разговор поддержать, ни поболтать по-дружески… Настроение самое дрянное из всех возможных: ни душевных сил, ни смелости. А уж заплаканное лицо тем более не добавляло очарования. А, как ни крути, хотелось произвести хорошее впечатление.
— Пойдем за стол.
Юля горестно вздохнула. Если очень постараться, то и улыбаться получится. И, наверное, поговорить. По крайней мере, антипатии Таня у нее не вызвала. Напротив, если бы не собственная трагедия, их встреча завязалась бы намного сердечнее.
— Таня, я не хочу. Вернее, не могу, — сразу отказалась от еды. Ее запах не вызывал аппетита. Боялась, что снова начнет тошнить.
— Ну тебя, — махнула сестра Дениса рукой, — я все равно не отстану. У меня борщ. Ты даже не представляешь, от чего отказываешься. Со сметаной.
— Ладно, — обреченно согласилась Юля, — только чуть-чуть.
И правда аппетит приходит во время еды. Сначала нехотя Юля цедила бульон, а потом с удовольствием доела всю тарелку. Денис борщом не ограничился, справился и со свиной отбивной. Глядя на то, как он ест, Юля невольно улыбнулась. С таким умиротворенно-довольным выражением он это делал, с таким удовольствием...
Что-то конкретное за столом не обсуждали, не касались одной темы. В основном говорила Татьяна. Обращалась к брату, вспоминала о каких-то мелочах, пустяках. Как известно, именно пустяки сближают людей. Через некоторое время — то ли от Таниной доброты, то ли от горячего супа, — у Юли внутри потеплело. Проснулись другие чувства, будто поднялись с самого дна: стало совестно, что именно сегодня не может она поддержать разговор должным образом.
— Таня, ты меня прости, я сегодня не очень хорошая собеседница и совсем непорядочная гостья.
— Самое глупое, Юленька, это начать как-то передо мною оправдываться. Я же не зверь какой-то, не нелюдь — все понимаю. Ты расслабься, сейчас чайку с тобой попьем, на диванчике поваляемся, Денискины фотографии детские посмотрим. — На словах про фото Таня так злорадно улыбнулась, что Юля тоже расплылась в ответной улыбке. Зато Денис, подняв взгляд на сестру, не выразил по этому поводу особой радости.
— Убил меня взглядом, убил, — Таня похлопала его по плечу.
— Танюш, давай в следующий раз. Боюсь, сегодня я не смогу оценить всей прелести этого момента, — сказала Юля, в первый раз выдав нечто ироничное. — Но на чай я согласна и на диване поваляться тоже. Просмотр семейных фото отложим. Денис, можешь вздохнуть свободно.
Денис и вздохнул. Юлька шутит — уже хорошо. Хотя глаза ее еще темнели от горя. Это и понятно — такой шок.
Чай унесли в гостиную, Денис включил телевизор и растянулся в кресле. Таня бросила на разложенный диван несколько маленьких подушек.
— А ты чего напрягаешься? — спросила у него, когда Юля на минутку вышла из комнаты, вспомнив, что не позвонила матери.
— Я не напрягаюсь.
— Да?
— Да. Я просто устал, спина болит.
— Давай, я тебе плечи помассирую, снимай рубашку.
