Эдмон
Бернарде. С такими достоинствами еще и не того можно ожидать.
Эдмон. Значит, мой друг Оскар был так добр, что уже говорил с вами обо мне?
Бернарде. В этом не было необходимости. Ваша европейская слава… ваше громкое имя!
Эдмон. Милостивый государь…
Бернарде. И эта ваша непринужденность, изящество шуток и вместе с тем необыкновенная сила убеждения, пылкий темперамент!.. И потом, вы хорошо говорите, что нынче редко, – у вас прекрасный голос, величественные жесты…
Эдмон. Разве вы меня слышали?
Бернарде. Я с живейшим интересом следил за всеми процессами, в которых вы участвовали…
Оскар. В самом деле?
Бернарде
Эдмон. Так, значит, вы слышали мою последнюю речь?
Бернарде. Я сидел далеко, зал был набит битком, и, конечно, многого я не уловил. Тем не менее я тогда же сказал себе: «Вот с кем бы я хотел подружиться», ведь я друг всех талантливых людей. И вот сейчас благодаря нашему приятелю Оскару желание мое сбылось.
Эдмон. Я просто ушам своим не верю!
Оскар. Ага!.. Что я тебе говорил?.. Ты уже наш. А какой славный малый этот Бернарде! Общительный! Душа нараспашку!
Эдмон. Да, правда!
Оскар. То-то!.. Имей в виду, мой друг: все наши таковы.
Явление VI
Оскар. Входите, входите, дорогие гости!.. Вы запаздываете. Боюсь, как бы завтрак от этого не пострадал.
Дютилье. Уверен, что не пострадает.
Оскар. Я сейчас скажу, чтоб подавали. Здесь нам будет удобнее, уютнее, а для пиршества мудрецов необходим укромный уголок.
Дютилье. А, доктор, здравствуйте!..
Оскар. Наш новый друг. Бернарде его хорошо знает – он вас познакомит. А я пока велю открыть устрицы… Доктор, будьте за хозяина!.. Господа, прошу вас чувствовать себя как дома! Я сейчас!
Бернарде
Дютилье
Дерузо. Мы – одна семья.
Сент-Эстев. Мы все заодно.
Эдмон. Господа! Вы устраиваете мне чересчур торжественную встречу – я ведь в небольших чинах.
Бернарде
Дерузо. Так вы адвокат?
Дютилье. С тех пор как Оскар сделался поэтом, у нас не стало адвоката.
Бернарде. Я не зря вам его представил.
Дютилье. Послушайте, доктор…
Бернарде. Это вполне естественно: кто правит колесницей, тот приезжает первый… Он придумал издавать книги на вощеной бумаге с полями в восемь дюймов шириной, выпускать афиши размером в пятнадцать квадратных футов, а теперь занят выпуском афиши уже в тридцать квадратных футов.
Оскар. А когда же завтракать?
Бернарде. Ох уж этот Оскар! Не может не сострить.