— Тебе бы только по-стреляться, глуши.
Получив резерв от оружейного контура Милашка натужно взвыв ускорившимися приводами, рванулась вперед. Череп болезненно сморщился. Чувствуя ускорение всеми швами скафандра вдруг ставшими острыми рубцами, ощутил прибавку в весе. Стараясь не дергать сердце лишними переживаниями, о близком мелькании каменных клыков, заломив голову любовался неспешно проплывающими в вышине кромками вершин.
— Череп ты бы отрегулировал бы свои генераторы, у меня сейчас зубы начнут выпадать от такого воя, — прошипел Косяк.
— А вы бы еще тягач на буксир взяли и устроили бы регату. У нас же капсула весит в треть Милашки. Если бы "Вепрю" пяток тонн нацепить, он бы так не носился, — отвлекаясь от легкой тошноты начал объяснять Череп.
Рассматривая окно с проекцией кривой петли маршрута гонки, Череп сам болезненно морщился чувствуя противный свист генераторов сводивший зубы до крови в деснах. Стараясь отвлечься от зуда, рассчитал время прибытия с такой скоростью к южной трассе, что массивным рукавом отходила от столицы прямым лучом бетонного покрытия. Только в одном месте луч делал ответвление на технический космопорт, алевший на проекции предупреждающем сообщением о старте челноков.
— Кстати Косяк хочешь увидеть не забываемое зрелище? — вскинувшись, спросил Череп.
— Эт еще какое? — настороженно поинтересовался Косяк, не думая предположил, — Опять Дыба покажет танец живота?
— А, что понравилось?
— Да не то слово, — пробурчал Косяк, — у меня с прошлого показа,…живот неделю синяками исходил.
— Да нет, — отмахнулся Череп, — мы сейчас будем проезжать, вернее, пролетать мимо стартовых площадок. Посмотрим отгрузку на орбиту.
Рассматривая уже поредевший лес Косяк недоверчиво хмыкнул. Выскочив на горку, Милашка оторвалась в краткий миг полета. Оторвавшись от песчаного шлейфа, неотрывно сопровождающий машину песчаной завесой, мягко приземлилась и набирая потерянную скорость, рванулась по багровому морю песка.
В наступившем закате, истуканы причудливых горных столбов сменились кладбищем скал. Порождая полчища теней, камни уже начинали светиться собранной за день энергией, превращая долину в пепелище огромного костра, где в роли потухших углей будут выступать, рассеянными внутри скал частички кристаллов.
— Ну и где твое зрелище? — сварливо начал Косяк, — опять мне по ушам проехал?
— Сейчас будет, — с обещанием в голосе ответил Череп, — смотри, не пропусти.
— Ага, будет. О потом догонит и еще раз сто…
Голос Косяка прервался. Последний слог, ослабился пробившимися сквозь электронную защиту разрядами атмосферных возмущений. Помехи в эфире сменила нарастающая дрожь земли, и следом, сквозь толщину броневых пластин пробился нарастающий рокот. Заглушая рабочий шум силовых установок, шум накатывал волнами. Неожиданно затих заканчивая заниматься шалостями, вновь ворвался в перепонки отбойными молотками шутя преодолевая шумоизоляцию тройного слоя брони.
— Хватит мотать балбеской, — перекрикивая рокот, проорал Череп, — Направо смотри, в сторону космопорта!
Правая часть небосвода окрашивалась теменью ночи, как ковер звездного неба начал раскалываться под напором вздымающихся от поверхности стальных игл. Складывалось впечатление, что пустыня решила впиться в небо многочисленными рядами стальных клыков.
Отражая остатки затухающего кровавого заката металлическим блеском, стальные иглы т втыкались в небосвод, грозя превратить его в мелкое решето. Опираясь на яркие следы огненных струй, спустя мгновение ракеты ускорились, оставляя в небосводе уродливые шрамы дымных следов. Проведенные жалами изумрудных кинжалов, выхлопы работающих дюз растворялись зеленым заревом. Медленно уменьшаясь и тускнея, огромная клякса из изумрудов бледнела и вливалась в звездный небосвод пятном безымянного созвездия.
— Вот это да, — проорал Косяк, — такого представления… я еще не видел.
— Чего орешь? — улыбнулся Череп.
— Как чего, — продолжал орать Косяк, — оглох маленько вот и ору.
— А ты пробовал громкость убрать… говорят, помогает.
— Ерунда. Отмокнут, и все пройдет. Слушай, а чего они зеленные? — не дожидаясь ответов, засыпал новыми вопросами, — …а чего их так много? Слушай, а где они…А этот как его…
— Косяк, — перебил Череп, улыбаясь, поучительно забубнил, — …специально для тебя я приготовил весь материал. Тебе все равно еще делать нечего, по крайней мере, минут двадцать. Кидаю тебе ссылку на массив. Сиди и читай, а потом мне расскажешь.
В селекторе установилась мертвая тишина. Фон словесных потоков Косяка выстреливаемых со скорострельностью бешеного дятла, внезапно сменился редким хмыканьем. Опять вернулся свист натужно воющих установок.
Опустив взгляд Череп окунулся в мир стремительно пролетавших мимо барханов. Ощущая взлеты и падения заметной тяжестью или облегчением всего нутра, застонал от ожившей тошноты.
Ныряя и выпрыгивая подобно заигравшимся рыбам, машины приближались к оживленной трассе.
