Легко воевать против настоящего врага, даже если ты и не знаешь его лица. Гораздо сложнее выиграть войну с собственными слабостями и стать сильнее. Но где взять время на себя, когда по родной академии ходят Хранители, летают взбесившиеся драконы и ползают дикие туманы? Как выдержать болезненные разочарования в тех, кого считал близкими тебе людьми? И как найти место для своего сердца в этом большом, полном трудностей мире?
Заняться было нечем.
Все-таки магия магией, а интернета временами не хватало. Ни сериальчик посмотреть, ни по соцсетям не полазить. А уж без музыки как тоскливо было. Пары в последний на неделе учебный день у нас закончились рано, и я засела в своей комнате, часов шесть потратила на зубрежку – подготовилась на послезавтра, и на послепослезавтра, и доклад на артефакторику, что только в конце следующей недели будет, написала. А в выходной буду отдыхать.
В голове от накопленной информации уже гудело – пора уже как-то развеяться. Думала с кем из одногруппников поболтать – да все в своих делах, отдыхают или бродят где-нибудь.
Мэт обложился учебниками по некромантии, наслаждался и страдал одновременно – он-то, как сам рассказывал, привык по наитию колдовать, а тут нужно было теорию знать, правил каких-то придерживаться. И отвлекаться от познания любимой магии эльф не хотел.
Юз Мосали уже третий час принимала ароматическую ванну – запах сандала и корицы проникал даже в коридор. Да я и все равно не жаждала с ней общаться. Пусть в первые дни в академии Юз мне импонировала, как человек, но оказалась эта шоколадная королевна той еще высокомерной занудой. Ну ее.
Кальц беззаботно спал, даже дверь не запер. Странный он демонюга. О его сущности все узнали, в лучшем случае косыми взглядами ограничивались, а некоторые не гнушались и гадость какую сказать, а парню все нипочем. Ходит, улыбается, вести себя стал куда дружелюбней, чем сначала. Но я все равно в глубине души его немножко опасалась. Самую-самую малость.
Второй половины жителей желтого общежития в его стенах не обнаружилось. Где Брусника и Альбо пропадали, я не знала, а вот Эйнар еще с обеда свалил к своему дружку. С одной стороны, меня это злило – все же человек, который любит мою собаку, не мог быть таким уж козлом, но он продолжал водиться с этим гаденышем Фрино. А с другой – это одновременно и вызывало уважение.
После подмоченной собственным сволочизмом репутации, Фрино потерял всю свою свиту, а ту парочку, что помогала ему и вовсе выгнали. Сам-то Фрино наказание получил... да, считай, никакое. Он хотел меня покалечить – и покалечил, ну и что, что вылечили! – может, и до изнасилования дело бы дошло. Вид у него был тогда совсем безумный, маньяк маньяком. Но парнишу только пожурили, поиздевались с лечением, вставив намеренно заметный искусственный глаз и лишили всех баллов – хотя сколько их там было-то накоплено, за две недели. А выгнать – нет-нет, слишком он потенциально великий маг. Великий придурок, разве что.
Но Дженни и еще парочка преподавателей не забывали воспитанием поганца заниматься – стоило Фрино где-то положительно отличиться, как он тут же терял баллы по другим предметам. Даже Якоб Леам стал относиться к нему с брезгливостью и неодобрением – и впечатляющие магические способности не спасали. Такими темпами стипендии, да и сдачи экзаменов, ему не видать. И отлично. Хотя, видя, какой он стал дерганный и потерянный, как исхудал и перестал выпендриваться со своей аристократичностью – ругаться и требовать справедливости не так уж и хотелось. Он свое получил уже просто встретившись лицом к лицу с обезумевшей Эби.
Обезумевшая Эби и откровения о демоне, захватившем ее тело, и меня хорошенько впечатлили.
С того дня прошло уже две недели. Две недели спокойной учебы и студенческого быта. Две недели отчаянных попыток разобраться о какой такой уникальной, истинной и расчудесной магии в нас с Эби твердила ректор. Но я так и не смогла почувствовать что-то в себе особенное, найти хоть какую-то информацию тоже не смогла. Но сдаваться не собиралась. И не верила, что все так просто в этой истории с Малумом. Но зацепок, так щедро разбросанных в наши первые дни в академии, больше не было. Оставалось только погрузиться в рутину.
Только вот скучно было временами.
Думала я эту скуку развеять легким перекусом, проголодалась за день – но холодильник был девственно пуст. В столовую заглянуть, что ли?
Я хотела по дороге Эби захватить, но оказалось, что она решила лечь спать пораньше. Будить подругу я не стала, пусть отдыхает, пока получается – из-за ночных кошмаров она в последнее время была совсем подавленная, и никакие успокоительные зелья не помогали. Целительница сказала, что это от пережитого стресса из-за одержимости демоном – со временем пройдет. Может и пройдет, но за Эби я тревожилась.
И пошла я ужинать в гордом одиночестве.
Нагрузив поднос всякой мясной вкуснятиной, каким-то салатиком, привлекшим зеленым горошком, и большим стаканом любимого грейпфрутового сока, я поискала взглядом куда бы приземлиться. Выбор был большой. Столовая в академии была всегда полупустая, слишком большая для полсотни студентов, из которых от силы половина предпочитала кушать не в своем общежитии.
