Несмотря на большую загруженность, президент сегодня выглядел вполне отдохнувшим. Даже шутил, что вообще-то за ним водилось нечасто. Его настроение понемногу передалось и собеседникам. Атмосфера разговора стала более непринуждённой, хотя, при разговоре о таких вещах…
— То есть, если я вас правильно понял, исследование механизма защитного поля в основном завершено? — хозяин кабинета посмотрел на «академика».
— В целом — да. Мы теперь понимаем, как оно функционирует, и что именно надо предпринимать против объекта, который им защищён. Если в двух словах — то противники «утюга» используют в основном артиллерийское крупнокалиберное вооружение. Против него и выстроена вся защита.
— И чем же можно их достать? — поинтересовался министр обороны.
— Наши пушки вполне способны эту самую защиту пробить — скорость снарядов и их масса для этого вполне достаточны. Вообще, поле защищает только от одиночных материальных металлических объектов, так что неконтактный подрыв торпеды или мины под днищем «Наковальни» радости ей не доставит абсолютно. Ну и сброс свободнопадающих бомб — увы, с предельно малых высот, тоже способен причинить «утюгу» серьезные повреждения.
— С бреющего полета, так сказать?
— Да, ибо при достижении определённых скоростей, поле начинает реагировать и на падающие объекты. Иными словами — я могу пешком пройти на палубу и затащить туда двухпудовую, например, бомбу — защита этого не заметит. Разумеется, можно сбрасывать авиабомбы и на парашютах. Это уменьшит скорость падения и позволит производить сброс с большей высоты, но сильно снизит точность бомбометания, — кивнул докладчик. — Как мы полагаем, и этому есть многочисленные доказательства, в мире «Наковальни» нет военной авиации. Да и вообще никакой. Поэтому они и не сталкивались до сих пор с необходимостью защищать свои корабли от бомбардировщиков. Хотя, надо отдать им должное, они быстро учатся…
— То есть — авиабомбы с предельно малой высоты и минно-торпедное вооружение… Можно и про топмачтовое бомбометание вспомнить, тоже эффективно будет. Неплохо! Здесь есть над чем поработать! — потер ладони генерал армии.
— Ну, есть ещё вариант с обстрелом шрапнельными снарядами — множественных попаданий высокоскоростных объектов поле тоже не выдерживает. Мы подготовили исчерпывающий доклад, где подробно разобрали все варианты противодействия собратьям «Наковальни».
— Но ведь защитой функции поля не ограничиваются? — задал вопрос глава государства.
— Нет, не ограничиваются, — кивнул «академик». — Поле выполняет ещё и маскирующую функцию, препятствуя визуальному обнаружению объекта. А плазменные генераторы корабля добавляют ещё и эффект радиопоглощения. Локаторы «утюг» не замечают. Ни с какой дистанции. Их сигнал искажается, и на экране радара корабль не виден.
— Так! — подвёл итог президент. — С защитой разобрались. А что сами хозяева этого уютного кораблика — про них вы можете нам подробно рассказать? Времени у вас было достаточно…
«Академик» пододвинул кресло поближе к столику, за которым сидел. Раскрыл планшет и перелистал несколько страниц.
— Мы, в общем-то, совсем не удивлены тем, что хозяева «Наковальни» связались с японцами. Трудно сказать, что там было в прошлом… но их сходство видно прямо-таки невооружённым глазом. Причём — не только внешнее. Очень схожи обычаи, манера поведения, и многое другое. Мир «утюга» не представляет собою единой страны. Там, кстати, и суши совсем немного — преимущественно не слишком большие острова. Таких материков, как у нас не имеется. Поэтому и общественный строй там — множество различных образований, которые дружно ненавидят друг друга. Большими морскими просторами объясняется и основной вид войн — это стычки кораблей. Объединения для каких-либо целей крайне редки и недолговечны.
— То есть, визит «утюга»… — наклонил голову министр обороны.
— Отдельная акция конкретного хозяина корабля. Как правило, капитан корабля и является его хозяином. И обладает на нём полной и абсолютной властью. Между офицерами и матросами — пропасть. Это, если хотите, разные касты, как в Индии. Офицерское звание, как правило, наследственное. Случаи перехода из касты в касту крайне редки и зависят от воли хозяина корабля. Его действия никем не могут быть оспорены. Кстати, хочу сказать, что вылазка к нам — далеко не первая и уж, тем более — не единственная. Вайны…
— Кто? — приподнял бровь министр иностранных дел.
— Хозяева «утюга» называют себя вайнами. Это касается офицеров. Рядовые члены команды — хорны.
— Понятно…
