Сталин, не будучи профессиональным военным, подспудно чувствовал, что Ворошилов недостаточно умело руководил военным строительством в целом, не обеспечивал должного управления штабами в ходе конфликтов на Халхин-Голе, во время советско-финляндской войны, не успевал за стремительным развитием оперативного искусства. Беседуя после событий на Халхин-Голе с Г. К. Жуковым перед назначением его командующим Киевским особым военным округом, Сталин неожиданно в разговоре раздраженно бросил фразу о Ворошилове:
- Хвастался, заверял, утверждал, что на удар ответим тройным ударом. Все хорошо, все в порядке, все готово, товарищ Сталин, а оказалось...602
В мае 1940 года по решению Сталина Ворошилов был освобожден от должности наркома обороны, правда, одновременно был назначен заместителем Председателя СНК СССР и Председателем Комитета обороны при СНК СССР. Наркомом обороны был назначен командующий Киевским особым военным округом С.К. Тимошенко, сразу ставший и Маршалом Советского Союза. Первым крупным шагом нового руководства явилось решение о создании механизированных корпусов (постановление СНК СССР от 6 июня 1940 г.) в составе двух танковых и одной моторизованной дивизии. А всего лишь полгода назад управления танковых корпусов были расформированы... Сталин своего твердого мнения по этим вопросам не имел, полагался то на генералов Д.Г. Павлова и Г.И. Кулика, механически ссылавшихся на опыт войны в Испании, то на начальника Генштаба Б.М. Шапошникова и его заместителя И.В. Смородинова, отстаивавших важность и необходимость таких формирований.
В рабочем распорядке дня Сталина практически ежедневно несколько часов уходило на рассмотрение конкретных вопросов военного строительства: организационных, технических, оперативно-стратегических, кадровых, воспитательных. В конце 30-х годов Сталин, поняв, что в армии слишком уповают на опыт гражданской войны, в чем он не раз упрекал К.Е. Ворошилова, назначил специальную партийно-правительственную комиссию во главе с А.А. Ждановым и Н.А. Вознесенским по проверке состояния армии и флота. Вывод комиссии был серьезным. "Наркомат отстает в разработке вопросов оперативного использования войск в современной войне", что усугубляется большим количеством молодых, неопытных кадров. Это было в огромной мере результатом массовых репрессий, обрушившихся на армию и флот в 1937 - 1938 годах. Смертоносный смерч прошел не только по стране, но и по ее армии и флоту. Репрессии ударили прежде всего по высшим командным кадрам, политсоставу, центральному аппарату Наркомата обороны. По имеющимся данным, с мая 1937 года по сентябрь 1938 года, то есть в течение полутора лет, в армии подверглись репрессиям 36 761 человек, а на флоте - более 3 тысяч603. Часть из них была, правда, лишь уволена из РККА. В результате борьбы с "врагами народа" в 1937 - 1940 годах сменились все командующие округов, на 90% произошло обновление начальников штабов округов и заместителей командующих, на 80% обновился состав управлений корпусов и дивизий, на 90% - командиров и начальников штабов. Следствием кровавой чистки явилось резкое снижение интеллектуального потенциала в армии и на флоте. К началу 1941 года лишь 7,1% командно-начальствующего состава имели высшее военное образование, 55,9% - среднее, 24,6% - ускоренное образование (курсы) и 12,4% командиров и политработников не имели военного образования604.
Для того чтобы попасть в "обойму врагов", нужно было немного. Совсем немного. Вот, например, что доносил комиссар государственной безопасности второго ранга М.И. Гай Ворошилову о военном атташе в Болгарии В.Т. Сухорукове:
"В 1924 году, после выпуска академией слушателей восточного факультета, на котором учился Сухоруков, последний был вызван к Троцкому и имел с ним беседу. Сухоруков в честь Троцкого назвал сына Львом"605.
Судьба человека была решена. Это написано еще в октябре 1936 года. В следующие два-три года столь "основательной" аргументации уже не требовалось.
Вышинский и Ульрих, войдя во вкус, предлагали упростить процедуру расправ. Вышинский, обращаясь к Ворошилову и Ежову, просил дать полномочия Особому Совещанию при НКВД лишать воинских званий, что раньше делалось только по приговору суда. А Ульрих "доказывал" в апреле 1938 года необходимость "санкционировать выделение из Верховного суда СССР военной коллегии и реорганизации ее в Военный трибунал СССР"606. Эти люди хотели, чтобы над каждым красноармейцем, краснофлотцем и командиром постоянно висел топор "правосудия".
