«Что касается И.В. Сталина, то, – отмечал Д.Ф. Устинов, – должен сказать, что именно во время войны отрицательные черты его характера были ослаблены, а сильные стороны его личности проявились наиболее полно. Сталин обладал уникальной работоспособностью, огромной силой воли, большим организаторским талантом. Понимая всю сложность и многогранность вопросов руководства войной, он многое доверял членам Политбюро ЦК, ГКО, руководителям наркоматов, сумел наладить безупречно четкую, согласованную, слаженную работу всех звеньев управления, добивался безусловного исполнения принятых решений.
При всей своей властности, суровости, я бы сказал, жесткости, он живо откликался на проявление разумной инициативы, самостоятельности, ценил независимость суждений. Во всяком случае, насколько я помню, как правило, он не упреждал присутствующих своим выводом, оценкой, решением. Зная вес своего слова, Сталин старался до поры не обнаруживать отношения к обсуждаемой проблеме, чаще всего или сидел будто бы отрешенно, или прохаживался почти бесшумно по кабинету, так что казалось, что он весьма далек от предмета разговора, думает о чем-то своем. И вдруг раздавалась короткая реплика, порой поворачивающая разговор в новое и, как потом зачастую оказывалось, единственно верное русло.
Иногда Сталин прерывал доклад неожиданным вопросом, обращенным к кому-либо из присутствующих: «А что вы думаете по этому вопросу?» или «А как вы относитесь к такому предложению?» Причем характерный акцент делался именно на слове «вы». Сталин смотрел на того, кого спрашивал, пристально и требовательно, никогда не торопил с ответом. Вместе с тем все знали, что чересчур медлить нельзя. Отвечать же нужно не только по существу, но и однозначно. Сталин уловок и дипломатических хитростей не терпел. Да и за самим вопросом всегда стояло нечто большее, чем просто ожидание того или иного ответа.
Нередко на заседаниях, в ходе обсуждения острых проблем ссылался на В.И. Ленина, не раз рекомендовал нам почаще обращаться к его трудам. Ленинские идеи лежат в основе многих принятых ГКО в годы войны важнейших решений. Ленинская тональность явственно ощущается и в ряде выступлений И. В. Сталина предвоенных и военных лет».
УСТИНОВ (Ustinov) Питер (1921–2004), английский писатель, актер, режиссер. По происхождению русский.
В книге «Моя Россия» (1983) пишет: «Вероятно, никакой другой человек, кроме Сталина, не смог бы сделать то же самое в войне, с такой степенью беспощадности, гибкости или целеустремленности, какой требовало успешное ведение войны в таких нечеловеческих масштабах».
УЧЕБНИК ЛОГИКИ. Вскоре после окончания Отечественной войны внимание И. В.Сталина привлекло отсутствие преподавания в школе логики. Он считал, что это должен быть обязательный предмет в школе. Ему сообщили, что преподавание логики перегрузит школьную программу, к тому же нет и учебника, а написать его, тем более в сжатые сроки, просто некому. Сталин сказал, что в таком случае, почему бы не вернуться к широко распространенному до революции учебнику логики Челпанова.
Предложение было встречено с недоумением: как, разве можно издавать не просто дореволюционный учебник, но учебник, написанный убежденным неокантианцем, одним из злобных противников диалектического материализма и материалистического понимания истории? И.В. Сталин сказал, что профессор Челпанов много сделал для развития экспериментальной психологии, успешно преподавал логику в Московском университете. К тому же его учебник – учебник формальной логики. Формальную логику должен знать каждый школьник.
По указанию И.В. Сталина было дано задание философу-марксисту профессору Московского государственного университета З.Я. Белецкому ознакомиться с учебником Челпанова и подготовить его к изданию. В 1946 учебник логики Г.И. Челпанова был издан массовым тиражом. По учебнику тогда начали учиться и мы, студенты философского факультета МГУ. Одновременно нам стали преподавать и диалектическую логику. Со временем вышли и учебники по диалектической логике, например, В.П. Рожина.
Сейчас же, не смущаясь, пишут, будто И.В.Сталин отдал предпочтение учебнику логики Челпанова, поскольку в прошлом сам учился в духовной семинарии. К тому же якобы это позволяло ему внедрять непререкаемые марксистские догмы в массовое сознание. Хотя на деле учебная дисциплина, введенная в школе, способствовала развитию культуры мышления, умению рассуждать логически.
УЧЕБНИК ПОЛИТЭКОНОМИИ. Написание учебника по марксистской политической экономии И.В. Сталин рассматривал как историческое дело. Он считал, что без такой книги мы не можем дальше двигаться вперед. Новое общество строится на научной основе идей Маркса, Энгельса и Ленина о коммунизме. Наши люди должны знать экономическую теорию, экономические законы. Если они будут их знать, мы все задачи решим. Если не будут знать – мы погибнем. Никакого коммунизма у нас не получится.
