Сталин не присутствовал на ее похоронах. Если вспомнить, чем он занимался в 1937 году, становится неудивительным то, что он не смог или не захотел в последний раз отдать дань уважения своей матери. Он распорядился прислать на ее похороны венок, на котором на русском и грузинском языках было написано: «Дорогой и любимой матери от сына Иосифа Джугашвили (от Сталина)». Он даже не отправил на похороны своих детей – как будто устроенные им репрессии полностью уничтожили в нем чувство сыновнего долга. По его распоряжению в прессе не упоминалось о похоронах его матери, и он отказывался принимать соболезнования, от кого бы они ни исходили. В Грузии же, наоборот, написали в прессе о смерти матери Сталина, и траур был общенациональным. Несмотря на то что она была глубоко верующим человеком, ее предали земле в соответствии с советскими порядками – под звуки «Интернационала». В 1908 году, когда умерла первая жена Сталина, он заказал церковную службу, а вот в 1937 году поступить точно так же по отношению к своей усопшей матери он уже не мог. Вместе с Кеке Сталин похоронил и бо́льшую часть того, что у него еще оставалось от обычной человеческой жизни.
Репрессировав значительную часть своих близких родственников, Сталин, поскольку его личная жизнь постепенно сводилась в результате этих репрессий на нет, был вынужден вести довольно безрадостное существование. Кроме того, его безграничной власти вскоре предстояло пройти испытания войной.
В 1938 году он снова переехал внутри Кремля – переселился в красивое здание XVIII века. Его квартира там занимала целый этаж и состояла из гостиной, зала для приемов, столовой, спален, библиотеки и рабочего кабинета. Над его квартирой находились кабинеты, принадлежавшие Центральному Комитету партии. Поэтому ему, чтобы попасть с работы домой, нужно было всего лишь спуститься на один этаж. После ужина, который длился до полуночи, он уезжал на свою Ближнюю дачу. На следующий день – к двум или трем часам – он возвращался в Кремль, в свой кабинет. Он жил в таком режиме до начала войны, ужиная отдельно от своих детей.
Сталин все больше и больше углублялся в свою работу, ставшую его страстью. Он работал очень напряженно, не учитывая своего возраста и многочисленных болезней, ежедневно причинявших ему физическую боль. Несмотря на окружавшую его роскошную обстановку, он продолжал вести очень скромный образ жизни. Он еще со времен Гражданской войны ходил каждую зиму в одном и том же пальто на меху – можно сказать, ходил в нем всю жизнь. В любой сезон года он одевался только в один костюм, причем поношенный. Шинель и маршальская форма – вот, пожалуй, и весь его гардероб маршала. Когда он умер, его, по словам Молотова, «и хоронить-то не в чем было. Рукава обтрепанные у мундира подшили, почистили…»[329].
Сталин постоянно курил и не давал себе отдыха. Даже в отпуске он продолжал работать, никогда не отдыхая по-настоящему. Он умудрялся успевать все, несмотря на огромный объем задач, которые перед собой ставил. Сталин работал до поздней ночи – иногда до рассвета – и, обладая прекрасной способностью концентрироваться, всегда очень подробно прорабатывал все те документы, которыми занимался.
Если он все-таки решал отдохнуть, то либо смотрел какой-нибудь фильм у себя, в Кремле, после полуночи, либо отправлялся на спектакль в обычный или оперный театр. Он ездил смотреть спектакли один или со Светланой и входил в зарезервированную для него ложу только после того, как в зале гас свет. В ложе он садился в самом дальнем углу. После окончания спектакля – особенно если это была премьера – он шел поговорить с актерами. Он также часто слушал музыку, однако сам не умел играть ни на одном музыкальном инструменте. Особенно любил русские и грузинские народные песни – о чем свидетельствует имевшаяся у него большая коллекция грампластинок. Как и в дни своей молодости, он очень много читал.
Библиотека Сталина[330] дает исследователю большие возможности в плане изучения этого человека, его психологии и сфер его интересов. Эта библиотека достойна отдельного исследования в будущем.
Начиная с 1920 года Сталин стал мало-помалу собирать личную библиотеку в своей квартире в Кремле. Она состояла в значительной степени из книг, изданных еще до Октябрьской революции, – произведений Маркса, Энгельса, Плеханова, Лафарга, Розы Люксембург, Ленина, французских утопистов и великих русских писателей (в частности, Толстого, Чехова и Горького). С течением времени он постепенно пополнял библиотеку произведениями советской литературы – вплоть до самых скромных писателей. У него имелись также книги по экономике, технологии, точным наукам. Кроме того, в его библиотеке были сборники документов, относящихся к партии, Коминтерну, государственным организациям. Сталин делал в книгах пометки от руки. Эти пометки, сделанные на полях почти каждой страницы, сами по себе являются ценным источником информации, позволяющим понять, как мыслил Сталин.
