«Генерал Джунковский, наивный администратор, является, конечно, противником всяких, „каких-то там“ конспирации, „агентуры“, „тонкого“ сыска и пр. Он по-солдатски, по-военному, напрямик, под честное слово сообщает председателю Государственной думы Родзянко о двойной роли Малиновского и обещает ему убрать из Думы этого „провокатора“!»
Так-то оно так, если не вспоминать, что после Октября Джунковский оказался на службе у большевиков, где активно помогал Дзержинскому создавать ВЧК.
Малиновский уехал за границу и ни с охранкой, ни с большевиками больше не сотрудничал. После Февральской революции, когда стали доступны документы Охранного отделения, его роль всплыла. Дальше снова загадка – в 1918 году бывший агент охранки возвратился в РСФСР и сдался новым властям. Зачем – понять невозможно, потому что большевики его с удовольствием расстреляли.
Так вот, в 1913 году в газете «Луч» появилась заметка, автор которой намекал, что Малиновский является полицейским агентом. Сталин, занимавшийся на Кавказе обеспечением безопасности, на этот раз прокололся – он, не жалея сил, бросился защищать депутата. Возможно, причина была в том, что о нем тоже распускали подобные слухи.
Как оказалось, напрасно Сталин его выгораживал. По некоторым сведениям, именно Малиновский и сдал Иосифа Виссарионовича охранке. Сталин отправился на благотворительный бал-маскарад (это был такой способ сбора денег на партийные нужды). Малиновский там присутствовал. Нагрянула полиция – Сталина опознали и арестовали. А Малиновский стал лидером Русского Бюро.
Однако не все оказалось так просто. Возможно, Малиновский, сам того не зная, оказал Сталину большую услугу.
С 1910 года Троцкий стал предпринимать попытки вернуться в российскую политику. Эмигрантскую, разумеется. Ему удалось сколотить небольшую группировку своих сторонников. Из них интересны двое – Карл Радек (Собельсон) и Александра Коллонтай. Радек был талантливым писателем и авантюристом «по жизни».
«Он представлял собой необыкновенную смесь безнравственности, цинизма и стихийной оценки идей, книг, музыки, людей. Точно так же, как есть люди, не различающие цвета, Радек не воспринимал моральные ценности».
Впоследствии, уже в двадцатых годах, Радек прославился в партийных кругах как первый острослов. Так, широко известна его эпиграмма на Клима Ворошилова, который назвал Радека «прихвостнем Троцкого».
При этом Радек был из тех, о ком говорят: «ради красного словца не пожалеет и отца».
«Есть люди, которые имеют язык для того, чтобы владеть и управлять им. Это – люди обыкновенные. И есть люди, которые сами подчинены своему языку и управляются им. Это – люди необыкновенные. К такого рода необыкновенным людям принадлежит Радек. Человек, которому дан язык не для того, чтобы управлять им, а для того, чтобы самому подчиниться своему собственному языку, не будет в состоянии знать, когда и что сболтнет язык».
Александра Коллонтай впоследствии прославилась как первая в мире женщина-посол, а также своей теорией «революционной» свободной любви, которая очень напоминает идеологию «сексуальной революции» шестидесятых годов ХХ века[13].
Оба, как и сам Троцкий принадлежали к тем, кого можно назвать революционной богемой. То есть им больше была интересна тусовка, нежели реальная деятельность.
Лев Давидович снова попытался объединить РСДРП вокруг себя, выдвинув идею «центризма». Ленин на этот счет писал так: «Надеюсь, убедились… что Троцкий повел себя, как подлейший карьерист и фракционер типа Рязанова и К°? Болтает о партии, а ведет себя хуже всех прочих фракционеров».
Правда, в редакцию газеты РСДРП «Социал-демократ» Троцкому пролезть так и не удалось.
