В 1912 году Троцкий в качестве военного корреспондента от ряда газет побывал на двух Балканских войнах. Правда, корреспондентом он оказался своеобразным. Как и впоследствии, на Первой мировой. Он ни в коем случае не был похож на таких людей, как Константин Симонов или Аркадий Гайдар, которые «с лейкой и блокнотом, а то и с пулеметом». Так вот, к передовой он за три войны не приближался ни разу. Даже такой апологет Троцкого, как Исаак Дейчер, признает, что Лев Давидович во время своих корреспондентских поездок ни разу не видел окопа. Он вообще к передовой не подходил. Троцкий просто-напросто пересказывал в своих статьях чужие рассказы. В военных корреспонденциях Льва Давидовича было очень много пафоса и очень мало фактов.
Так получалось вовсе не потому, что Лев Давидович был трусом. Как мы увидим дальше, человеком он был достаточно смелым. Но зачем журналисты лезут под пули? Чтобы узнать конкретику. А вот она-то Троцкого никогда не волновала. Ему были ближе общие рассуждения.
Впрочем, это было неважно. К тому, что Троцкого послали на войну, явно был причастен старый друг Парвус. Последний после 1906 года занимался тем, что продавал оружие Османской империи, на чем сделал хороший гешефт. Разумеется, Парвусу были нужны протурецкие статьи. (Первую Балканскую войну вели Болгария, Греция, Сербия и Черногория против Османской империи. Во Второй Болгария схлестнулась со вчерашними союзниками – Черногорией, Сербией и Грецией, позже против болгар выступила и Турция.) Троцкий добросовестно выполнял то, что от него требовалось. Он заявлял: «Я открыл в своих статьях борьбу против лжи славянофильства». Впрочем, такая позиция соответствовала и интересам Австро-Венгрии, в столице которой он жил.
Предреволюционные годы складывались для Сталина и Троцкого очень-по-разному. Кобу снова арестовали. На этот раз власти решили законопатить Сталина всерьез. Его отправили на четыре года в ссылку в Туруханский край (ныне – северная часть Красноярского края). Несколько раньше туда же отправился другой член Русского Бюро – Яков Свердлов.
