Сталин против Зиновьева полностью

Я, товарищи, мог бы привести вам еще два-три десятка фактов (но излагаю хорошо вам известные. – Авт.), но, не желая вас задерживать, я остановлюсь только на последней прокламации, которая выпущена в Ленинграде 7 ноября с обращением ко всем партийным, беспартийным и честным трудящимся (блестящее сочетание! – С.В.), я приведу из нее только некоторые выдержки: так, например, относительно разногласий между большинством и оппозицией в прокламации оппозиция пишет: “Этот спор касается не только партийных, но и беспартийных товарищей, так как результат победы какой-либо стороны явно касается положения всех трудящихся”. Таким образом, вы видите, как оппозиция, ввиду поражения в партии совершенно открыто, берет курс на беспартийные массы, причем она не гнушается такими приемами, как запугивание масс, и заканчивает свою листовку угрозой, что если, дескать, массы не выступят на защиту оппозиции, то массам грозит “очутиться в кабале от руководящей политики Сталина”. Я уж не останавливаюсь на том месте прокламации, где говорится: “Сталин боится суда всех трудящихся, боится, [что его выведут] на чистую воду”. Это как будто далеко не двусмысленно говорит о том, что оппозиция окончательно порвала с партией, ибо она не видит партии и апеллирует непосредственно к улице. Совершенно естественно, что оппозиция не нашла отклика среди пролетарских масс, но зато и в данном случае третья сила находит себе плацдарм для борьбы.

Я не знаю, товарищи, дошел ли до вас факт, который имел место третьего дня в Харькове. [Я] считаю, что его нужно довести до сведения конференции, ибо он с особой яркостью поясняет, до чего дошла оппозиция. На одном из заводов Харькова, на заводе В… один из цехов приостановил работу, призывая к этому весь завод, требуя доклада Раковского о разногласиях внутри партии. Вы видите, что здесь уже явное проявление формы не внутрипартийной борьбы, а такая форма может применяться только другой, враждебной, партией. На целом ряде заводов в Днепропетровском [районе], где сейчас находится Раковский, а также в Харькове оппозиция старалась устроить бузу. Правда, все это теперь рассосалось, но об этом вы должны знать и, учтя все это, вы будете иметь точное суждение об оппозиции. Этот факт лишний раз подчеркивает, как троцкистская оппозиция, перейдя рельсы внутрипартийных рамок, превратилась в антисоветскую партию. Что это так – подтверждает тот документ, который был роздан организаторам демонстрации (вернее – контр-демонстрации). В этом документе рекомендуется проводить подготовительную кампанию к празднику отдельно от партии, причем эта кампания должна проходить под лозунгом смычки с беспартийными рабочими массами. Как один из моментов привлечения рабочих масс рекомендуется устройство вечеров воспоминаний, семейных вечеров, общих собраний и т. д., организуемых оппозицией. При этом в президиум предлагается избирать Троцкого, Зиновьева, Каменева, Раковского, Радека, Преображенского, Сосновского (как видно, это их оформленный ЦК), а также своих исключенных из партии или оппозиционных товарищей. Кроме того, предлагалось устраивать художественную часть, выступать со стихотворениями, специально подготовленными для этой цели; использовать все зрелища (кино, театры и т. д.) для организованного участия сочувствующих беспартийных в протестах против партии, выступая компактными массами со своими лозунгами. В демонстрации предлагалось вождям оппозиции объезжать с утра районные колонны и площади, [вождям] должны были устраиваться встречи, и затем по их (оппозиционеров. – С.В.) “плану” следовало направляться на Красную пл. Все это должно было [быть] проведено таким образом, чтобы ряды сочувствующих оппозиции всячески приветствовали ее вождей, несли их портреты, оппозиционные лозунги и увлекали остальную массу. Одновременно ими предлагалось организовать грандиозную смычку вождей оппозиции и поэтов с массами. Для этой цели предлагалось создать в районах, а также на крупных предприятиях специальные тройки, а в мелких предприятиях – организаторов.