Когда обсуждались внутрипольские дела, Сталин посоветовал не спешить с удалением Миколайчика с политической арены, хотя последний и являлся марионеткой в руках англичан. Вождь говорил:
– Враг воспитывает человека… Хорошо иметь дело с сильным и умным противником.
Осубка-Моравский возразил:
– Но ведь Миколайчик не умен, он глуп.
Сталин улыбнулся и произнес, мягко указывая на оплошность собеседника, вернее, на некоторую недооценку последним сложившейся ситуации:
– Зато у него хозяева неглупые.
9 августа 1946 года. Сталин выступает на заседании Оргбюро ЦК ВКП(б) по вопросу о журналах «Звезда» и «Ленинград». (Чуть позже по обоим изданиям вышло специальное постановление, в котором давался бой безыдейности и пошлости в литературе.) Сталин возмущался тем, что печатается всякая чепуха. Ведь «журнал – это не почтовый ящик», в который можно вбросить все, что угодно. Его разнос был справедлив, выступление изобиловало жесткими выражениями.
Можно представить себе состояние присутствовавших на заседании лиц, которые были ответственны за провальное положение с журналами в Ленинграде. Этим и объясняется, что в зале с явным облегчением засмеялись, когда Сталин, отойдя от идеологических терминов, вдруг употребил «технический», сказав уже в примирительном тоне:
«…Это называется рационализация».
В чем она заключается, он пояснил уже без улыбки:
«Пусть будет один журнал, имеющий больше бумаги, имеющий лучших писателей. Пойдет дело, три журнала создадутся, пять журналов появятся. Но сейчас, видимо, сил не хватает, и вы поэтому вынуждены из-за количества поступаться качеством».
29 августа 1946 года. Беседа с Ф. Ла Гардия – мэром Нью-Йорка, а также генеральным директором ЮНРРА (подразделения ООН, ведавшего вопросами послевоенной помощи и восстановления). Заокеанский гость волновался, поскольку неотложных вопросов, требовавших рассмотрения, накопилось много, но как на них среагирует Сталин, было непредсказуемо. Переводивший беседу В.В. Пастоев записал:
Ла Гардия затем просит разрешения говорить откровенно.
Сталин смягчает скованность обстановки добродушной иронией:
– Это самый лучший метод.
Президент американского агентства «Юнайтед Пресс» X. Бейли направил 23 октября 1946 г. в письменном виде вопросы товарищу Сталину и попросил ответить на них. Вождь ответил через газету «Правда» спустя несколько дней.
Невольно посмеиваешься над безуспешными попытками г-на Бейли, который так и сяк пытается вытянуть у советского руководителя мнение по совершенно очевидным проблемам, ясным любому, кроме работников американского информагентства. Одновременно Сталин, как искусный дипломат, пресекает попытки спровоцировать себя на словесную конфронтацию с США. Право, стоило бы привести целиком это письменное интервью, где каждый из тридцати одного вопроса многословнее ответа. Но ограничусь лишь четырьмя. Смех, он тоже может утомлять.
«1.
2.
3.
4.
Достоин внимания разговор Сталина с группой английских лейбористов – депутатов парламента. Они посетили СССР в 1947 году и были приняты в Кремле.
Надо сказать, что мнение о социалистической ориентации Лейбористской партии Великобритании всегда было сильно преувеличенным. А когда она пришла к власти после войны и стала проводить политику в интересах крупного капитала, о подобной ориентации пресловутых «социалистов» уже можно было не вспоминать. О.А. Трояновский – будущий крупный дипломат, а в ту пору сотрудник секретариата министра иностранных дел В.М. Молотова, – переводивший беседу, так изложил на бумаге слова Сталина и его позицию:
«…Возникли трудности по вопросу о кредите. Советское правительство хотело бы, чтобы половина кредита была отсрочена… Советское правительство лишь предложило, чтобы Англия сделала ему такие же уступки, как французам… Мы, советские люди, по-моему, помогали вам в войне не хуже, чем французы».
У некоторых из них улыбки вышли, пожалуй, кислыми… А Сталин перешел к вопросу об усилившейся роли коммунистов Европы в борьбе «за демократию, против реакции и пережитков фашизма, за улучшение положения рабочего класса». Он сыронизировал:
