Наконец, чтобы осуществить высказанные намерения, сделать их необратимыми, США, Великобритания и Франция объявили 18 июня о проведении в своих зонах оккупации денежной реформы, введении в них и, разумеется, в Западном Берлине новой, единой германской марки. Это вынудило узкое руководство окончательно остановиться на наиболее жестком варианте внешнеполитического курса, отныне вполне оправданном, неизбежном введении с 23 июня полной блокады Западного Берлина. Такая позиция была подкреплена единодушной поддержкой стран Восточной Европы, заявлением срочно, 23 июня, созванного в Варшаве совещания министров иностранных дел СССР, Албании, Болгарии, Чехословакии, Югославии (это был последний раз, когда Белград выступил единым фронтом с Москвой), Польши, Румынии и Венгрии. Тем самым Западному союзу и США продемонстрировали: отныне им предстоит иметь дело не с одним Советским Союзом, но с Восточным блоком, тесно сплоченным вокруг своего бесспорного лидера.
«Холодная война» стала реальностью, очевидностью.
Столь радикальные сдвиги на международной арене, приведшие к открытому противостоянию, означали стремительное сползание к наиболее непредсказуемой ситуации, теперь зависящей от любой, самой незначительной случайности и чреватой чем угодно — от оголтелой идеологической борьбы вплоть до регионального конфликта и даже третьей мировой войны. Потому они и вызвали в Кремле второй за полгода передел власти, наиболее серьезные, но вместе с тем и ставшие неизбежными изменения как в составе узкого руководства, так и баланса сил в нем. Эти изменения отразили, прежде всего, стремление Сталина предельно упрочить свое положение, становящееся крайне опасным в случае провала избранного лично им жесткого курса. Отразили и иное: попытку других членов узкого руководства использовать неотвратимые перемены для усиления собственных позиций, получения преимуществ по сравнению с соперниками.
Сложное, запутанное переплетение противоречивых личных и государственных интересов не могло не привести к закулисным переговорам и их следствию — очередному компромиссу. Сталину пришлось — после отстранения Молотова — все же согласиться с возвращением другого члена «триумвирата» военной поры, Маленкова, в Секретариат ЦК ВКП(б) и примириться с тем, что тот вновь, как и немногим более двух лет назад, сравняется с ним, Сталиным, заняв ключевые посты в обеих структурах власти — государственной и партийной. Показательным оказалось и еще одно важное кадровое перемещение — утверждение в тот же день, 1 июля, и тем же решением ПБ секретарем ЦК П.К. Пономаренко[1], человека, несомненно, близкого к Маленкову.
Таким образом, наиболее важный, ибо он действовал непрерывно, постоянно, орган ЦК — Секретариат уже включал семерых: Сталина, Жданова, Кузнецова, Суслова, Попова, Маленкова, Пономаренко. Им и предстояло отнюдь не демократическим способом, без голосования, а всего лишь с помощью закулисных интриг и «аппаратных игр» определить, останется ли тяжело больной Жданов на посту второго человека в партии или уступит это место Кузнецову, Маленкову, а быть может, и Суслову. Острая проблема разрешилась в два этапа. Вначале, десять дней спустя, при радикальной реорганизации аппарата ЦК ВКП(б), сопровождавшейся обычным в подобных случаях перераспределением обязанностей между секретарями и тем самым серьезнейшим изменением их властных полномочий.
По постановлению, принятому 10 июля 1948 г. от имени ПБ, три управления ЦК прекратили существование, вместо них создали принципиально иную структуру, возвращавшую партию далеко назад, к тому, что было до XVIII съезда, — отраслевым отделам. При этом сразу же были оговорены их функции: «Считать основными задачами отделов подбор кадров по соответствующим отраслям и проверку исполнения решений ЦК и правительства(выделено мною. —
Управление пропаганды и агитации стало одноименным отделом с Д.Т. Шепиловым во главе. Управление по проверке партийных органов преобразовали в Отдел партийных, профсоюзных и комсомольских органов, заведующим которого назначили Б.Н. Черноусова. Управление кадров, на протяжении девяти лет остававшееся неприкосновенным, монолитным, разделили на семь отделов, никак не взаимосвязанных между собой: административный (зав. Е.Е. Андреев), занимающийся подбором и расстановкой кадров в министерствах Вооруженных Сил, государственной безопасности, внутренних дел и юстиции, а также в прокуратуре и всей судебной системе, и отраслевые — тяжелой промышленности (зав. С.Б. Задионченко), легкой промышленности (зав. Н.М. Пегов), машиностроения (зав. В.М. Чураев), транспортный (зав. Т.А. Чумаченко), планово-финансово-торговый (зав. Сазонов), сельскохозяйственный (зав. А.И. Козлов).
