В. Молотов.
Поздно вечером снова повалил густой снег. Можайское шоссе за городом оказалось запруженным отступающими красноармейцами и спасавшимися от фашистов беженцами. Среди людей понуро брели коровы и свиньи. Перед машиной появилась женщина, которая едва тянула санки с домашним скарбом и двумя плачущими детишками. Не торопя шофера двигаться с места, Сталин удрученно смотрел на это жутковато-безмолвное шествие... Трудно сказать, о чем думал. Но в полночь, когда на даче собралось Политбюро, после требования везде наводить железный порядок, он внезапно пригласил в кабинет сестру-хозяйку Истомину и спросил:
— Валентина Васильевна, вы собираетесь из Москвы эвакуироваться.
— Товарищ Сталин, Москва — наш родной дом, ее надо защищать! — смело заявила она.
— Слышите, как думают москвичи? — особым тоном сказал Сталин членам Политбюро.
Рыбин А.
Осенью 1941 года в Куйбышеве было подготовлено жилье и для отца. Ждали, что он сюда приедет. Отремонтировали несколько дач на берегу Волги, выстроили под землей колоссальные бомбоубежища. В городе для него отвели бывшее здание обкома, устроили там такие же пустынные комнаты со столами и диванами, какие были у него в Москве. Все это ожидало его напрасно целую зиму.
Аллилуева С.
Осенью 1941 года, когда встал вопрос о возможной эвакуации руководства государства и партии в Куйбышев, в дачном поселке Приволжского военного округа (ПриВО, как его все называли), расположенном в лесу, на высоком берегу Волги, начались работы по обустройству помещений. Предполагалось, что в одном из них будет жить Сталин. В теле самого берега соорудили бомбоубежище. О нем написано немало небылиц, и даже Светлана говорит о его «колоссальности». Думаю, что она написала это с чужих слов, сама она вряд ли была в нем, так как бомбоубежище было построено только летом 1942 года, уже после ее отъезда в Москву,
Не знаю, как выглядит это сооружение сегодня, но тогда, в 1942 году, оно удивило меня своими скромными размерами.
Я был в нем дважды. Один раз, когда его показывали бабушке и матери, а во второй раз, когда его приехал осматривать К. Е. Ворошилов — летом 1942 года. Бомбоубежище было расположено глубоко под землей и могло выдержать любую бомбардировку, вплоть до атомной. Попасть в него можно было прямо из дачи, на которой летом 1942 года мы жили. Уже при нас в дачу был вмонтирован специальный лифт. Это был верхний вход в бомбоубежище. Был еще нижний вход (или выход), расположенный практически на самом берегу Волги.
Аллилуев В.
Не помню точно числа, это было, может, 19 ноября, во всяком случае в самый напряженный момент борьбы за Москву, мне на командный пункт позвонил Сталин и тревожным голосом спросил:
— Вы уверены, что мы удержим Москву? Я Вам говорю это с болью в душе. Говорите честно, как коммунист.
— Москву, безусловно, удержим, но нам нужно еще не менее двух армий и хотя бы 200 танков, — доложил я Верховному.
— Это неплохо, что у Вас такая уверенность. Позвоните в Генеральный штаб Василевскому и договоритесь, куда сосредоточивать две резервные армии, которые Вы просите. Они у нас будут в конце ноября. Но танков дать пока не можем. У нас их пока нет.
Цит. по:
В. М. Молотов рассказывал:
— Мы с Жуковым практически в одно и то же время выполнили одну и ту же задачу, отодвигая войну: я подписал Пакт о ненападении с Германией а Жуков на Дальнем Востоке дал отпор японским самураям.
Как появился Жуков на Халхин-Голе? Сталин сказал наркому Обороны С. К. Тимошенко:
— Мне нужен такой командир, чтоб он не просто разгромил японцев, а свирепо порвал их на куски чтоб у них вообще отпала охота идти на Север. Пусть устремятся в Океанию!
Таким командиром стал комкор Жуков.
Присутствие Жукова в кабинете Сталина всегда чувствовалось, и, несмотря на то, что личность Сталина подавляла, Жуков держался независимо, свободно, естественно и без подобострастия.
Яковлев А.
Цит. по:
Мне запомнился один маленький эпизод. Дело происходило в августе или сентябре 1941 года на ближней даче Сталина, в Кунцеве. После работы, в конце дня, Сталин пригласил нас пообедать. Стол был сервирован на открытой веранде. Вечерело. Сталин подошел к выключателю, повернул его, вспыхнул яркий электрический свет.
