Маршал А. Еременко, командующий Сталинградским фронтом, вспоминает этот первый день: «Многое пришлось пережить в минувшую войну, но то, что мы увидели 23 августа в Сталинграде, поразило нас как тяжелый кошмар. Беспрерывно то там, то здесь взметались вверх огненно-дымные султаны бомбовых разрывов. Из района нефтехранилищ огромные столбы пламени взмывали к небу и обрушивали вниз море огня и горького, едкого дыма. Потоки горящей нефти и бензина устремлялись к Волге, горела поверхность реки, горели пароходы на Сталинградском рейде, смрадно чадил асфальт улиц и тротуаров, мгновенно, как спички, вспыхивали телеграфные столбы. Вся Сталинградская земля как-то взъерошилась и почернела. Казалось, чудовищный ураган
Вольфрам Фрайхерр (барон) фон Рихтхофен родился 10 октября 1895 г. Он был двоюродным братом Манфреда фон Рихтхофена, знаменитого летчика-аса Первой мировой войны, известного под прозвищем «Красный барон». Манфред командовал так называемым Летучим цирком, в котором, будучи еще младшим офицером, служил и Вольфрам. После войны Вольфрам фон Рихтхофен изучал инженерное дело, но в 1923 г. вернулся в армию. В 1936 г. служил начальником штаба генерала Хуго Шперрле и генерал-майора Хельмута Фолькмана, командующих легионом «Кондор» в Испании. В 1938 г., уже в чине полковни-
ка, он стал последним командиром легиона «Кондор». В ходе Польской кампании пикирующие бомбардировщики «Юнкере» _|и-87 «Штука» под его командованием продемонстрировали свою эффективность при поражении наземных целей. В военных кампаниях во Франции, на Балканах и в СССР фон Рихтхофен командовал 8-м авиационным корпусом, который стал «летающей артиллерией», осуществлявшей воздушную поддержку танковых соединений. Корпус состоял из трех эскадрилий «Штук» и разведывательных самолетов. Во время Битвы за Британию 8-й авиакорпус, штаб которого находился в Довиле, понес большие потери в небе над Англией. В июне 1942 г. фон Рихтхофен стал командующим 4-м воздушным флотом, воевавшим на Восточном фронте. Обеспечивая поддержку с воздуха войскам Ман-штейна, он внес свой вклад в захват укрепленной военно-морской базы в Севастополе. В 1 943 г. его направляют в Италию как командующего 2-м воздушным флотом.
Обычно перед началом боевых действий Рихтхофен лично вылетал к месту сражений, кружил над полем боя на небольшой высоте, отслеживая продвижение своих войск, и отправлял радиограммы в штаб. Иногда Рихтхофен чудом оставался жив после своих дерзких вылетов; советские зенитчики дырявили его самолет шрапнелью. Стреляли по нему довольно часто и немецкие артиллеристы.
Так, например, 25 июня 1 942 г., когда он осматривал позиции войск «оси» на Восточном фронте, подразделения немецкой 387-й пехотной дивизии по ошибке обстреляли его самолет, ранив второго пилота, пробив топливный бак и оставив на самолете множество дыр. Совершив экстренное приземление, он отправил командиру дивизии язвительное письмо с «благодарностью» подчиненным за их «доблестную службу». Запись в его дневнике в этот день была гораздо грубее. Прекрасно осознавая, что он был на волосок от смерти, он в сердцах записал: «Чертовы псы! Вместо того чтобы стрелять в русских, они целятся в нашего «Аиста»!»
Опухоль мозга прервала его военную карьеру в октябре 1944 г., умер он в Люнебурге 12 июля 1945 г.
ворвался в этот город, поднял его на воздух и обрушил осколки зданий на площади и улицы. Воздух сделался горячим, едким, горьким. Дышать было очень трудно».
После полудня танки генерал-лейтенанта Ханса Валентина Хубе, командира 16-й танковой дивизии, входившей в состав 6-й армии, направились в город с северной стороны. Одновременно другие части, принадлежавшие к немецкой 4-й танковой армии, устремились Сталинграду с юга. Танки Хубе прорвали оборону советских войск, используя свою обычную тактику мощного молниеносно-
