В конце сентября обстановка продолжала оставаться очень тяжелой. Вражеская авиация, как и прежде, действовала в тесном взаимодействии с наземными войсками, ее активность значительно увеличивалась в дни атак противника. Так, 27 сентября немецкая авиация группами до 30 бомбардировщиков под сильным прикрытием своих истребителей в течение дня непрерывно действовала против войск фронта в районе Сталинграда и переправы через Волгу. От наших летчиков-истребителей требовались решительные действия по уничтожению бомбардировщиков (Ю-88) и прикрывавших их истребителей (Me‑109), направлявшихся бомбить Сталинград.
В результате умелых действий наших летчиков на глазах у войск было сбито пять «юнкерсов» и два «мессершмитта», которые упали горящими в расположение боевых порядков 64‑й армии. В этом бою отличились полковник Данилов, сержант Литвяк, старшие лейтенанты Шутов и Нина Беляева, лейтенант Дранищев, сбившие самостоятельно по одному самолету (остальные самолеты были сбиты ими же в групповом бою).
Об этом эпизоде рассказал мне командующий 64‑й армией генерал М.С. Шумилов, лично наблюдавший бой.
Летчицы-героини, сражавшиеся наравне с мужчинами, в воздушных схватках неоднократно выходили победителями. В боях за Сталинград Лидия Литвяк сбила 6 вражеских самолетов, Нина Беляева – 4.
В этот же день 288‑я истребительная авиационная дивизия провела шесть воздушных боев, прикрывая войска 62‑й армии. В 8 часов 50 минут группа в количестве двенадцати самолетов Як-7 под командованием командира дивизии подполковника Коновалова на высоте 4000 метров встретила к северо-востоку от Сталинграда, на подходе к городу, группу бомбардировщиков противника под прикрытием 22 истребителей. После первой атаки два Ю-88 загорелись и, оставляя густой след дыма, резко пошли вниз; рассыпавшиеся остальные бомбардировщики беспорядочно стали уходить на запад. В завязавшемся воздушном бою с истребителями противника, силы которого превышали наши в два раза, подполковником Коноваловым, капитаном Мякушевым и лейтенантом Головчинским было сбито четыре Me‑109.
К концу сентября относится и такой памятный случай. В этот период авиация противника применяла следующую тактику действий. Рано утром, как только рассветало, появлялись группы истребителей противника и начинали барражировать над Сталинградом по всей его протяженности и над поймой Волги, образуя полосу заграждения, чтобы не допустить наших истребителей и штурмовиков к Сталинграду. Одновременно бомбардировщики противника бомбили наши войска, оборонявшиеся в Сталинграде. Такая тактика на первых порах приносила противнику определенные результаты. Однако с усилением нашей истребительной авиации самолетами Як-1 и Ла-5, не уступавшими лучшим немецким самолетам, противник не мог уже больше безнаказанно патрулировать над Сталинградом и его ближними подступами. Теперь все чаще завязывались упорные воздушные бои, и сюда была переброшена эскадрилья немецких асов «УДЭ», вооруженная более скоростными самолетами Me‑109ф.
И вот однажды появились первые группы истребителей противника над поймой Волги. Эскадрилья истребителей дивизии 8‑й воздушной армии, базировавшаяся на аэродроме Ахтуба, поднялась в воздух на борьбу с воздушными пиратами. Пара Me‑109ф атаковала наши самолеты на взлете. Наши «чайки», конечно, уступали по скорости Me‑109ф, но по маневренности превосходили их. Во время воздушного боя над аэродромом Ахтуба одна наша «чайка», или, точнее, И‑15, была атакована Me‑109ф. «Чайка» резко сманеврировала, и атака «мессершмитта» не увенчалась успехом, а нашим летчикам двумя очередями из пулемета удалось повредить подачу горючего у вражеского самолета. Немецкий летчик, спасая жизнь, совершил посадку на нашем аэродроме Ахтуба. Оперативный дежурный по аэродрому – офицер и дежурный санитарный инструктор находились в блиндаже близ посадочной полосы. Услышав, что на аэродроме совершил посадку самолет, оперативный дежурный послал санитара посмотреть, не ранен ли приземлившийся летчик. Санитар, не обращая внимания на марку самолета, бегом направился к машине. Навстречу ему шел немецкий летчик. Санитар не растерялся, обезоружил врага и доставил его к оперативному дежурному. За проявленную находчивость санитарный инструктор был награжден орденом.
Пленный летчик был срочно доставлен в штаб 8‑й воздушной армии, где его допросил начальник штаба полковник Селезнев. Сейчас же он доложил мне об этом. Дело в том, что пленный принадлежал к числу знаменитых асов, входивших в состав эскадрильи «УДЭ». Они летали на новейших, только что полученных на вооружение вермахта самолетах Me‑109ф, которые являлись в то время самыми быстроходными и наиболее вооруженными из всех самолетов немецкой авиации.
О захвате в почти исправном состоянии новейшей техники противника было донесено в Ставку, и Верховный Главнокомандующий приказал немедленно отправить самолет и летчика в Москву.
