– Между станцией Котлубань и разъездом Конный, – докладывал начальник военных сообщений фронта генерал-майор А.А. Коршунов, – танки противника разбили наш эшелон с боеприпасами, продовольствием и пополнением. Вражеские танки движутся на Сталинград. Что нам делать?
– Нести службу, – несколько резко ответил я. – Покончить с паникой.
Резкость моя объяснялась тем, что Коршунов докладывал упавшим, растерянным голосом.
В это время вошел начальник Сталинградского гарнизона, вызванный мною на командный пункт фронта.
Полковник Сараев, подтянутый, худощавый, среднего роста, одетый в форму НКВД, четко доложил о своем прибытии.
– Танки противника, – сказал я ему, – в четырнадцати – пятнадцати километрах от Сталинграда. Они стремительно идут на северную часть города.
– Мне это известно, – вполголоса ответил Сараев.
– Что предприняли вы?
– Согласно ранее данным вами указаниям я распорядился двум полкам, занимавшим оборону на северо-западном и северном направлениях, быть в готовности к бою.
Напомнил о том, чтобы эти полки имели связь с командирами артиллерийских дивизионов ПВО, расположенных на огневых позициях в том районе; приказал резервный полк, находившийся в районе пригорода Минина, немедленно перебросить в район завода «Баррикады».
Позвонил начальник штаба Юго-Восточного фронта генерал-майор Г.Ф. Захаров. Он сообщил:
– Противник с 7 часов возобновил атаку к к 12 часам занял станцию Тингута и разъезд «74 км». На остальных участках атаки отбиты. 38‑я стрелковая дивизия ведет бой в полуокружении. Принимаются меры для контратаки на Тингута.
– Хорошо, действуйте. Отдайте приказ подготовить к немедленному выступлению 56‑ю танковую бригаду, находящуюся в резерве Юго-Восточного фронта.
Я ознакомил товарища Захарова с обстановкой на Сталинградском фронте.
Принесли завтрак, но теперь не до еды, хотя было уже два часа дня.
Доложили, что вызывает Москва.
– Кто просит?
– Заместитель начальника Генерального штаба.
Прихрамывая, я направился к аппарату, находившемуся в 20 метрах от меня.
– Доложите, я у аппарата.
Москва требовала доклада о происшедшем. Еще не окончил я разговора по Бодо с Москвой, как дежурный по связи сообщил, что командующий 62‑й армией генерал Лопатин срочно просит меня к телефону.
– Докладывает Лопатин. До 250 танков и около 1000 автомашин с мотопехотой при одновременной, очень сильной поддержке авиации смяли полк 87‑й стрелковой дивизии и правый фланг 35‑й гвардейской стрелковой дивизии севернее Малой Россошки.
– Это известно. Примите меры, чтобы немедленно закрыть прорыв и отбросить противника от среднего обвода, восстановите положение.
Возвращаюсь в кабинет. Полковник Райнин докладывает, что в районе Орловка артиллерия ведет бой с танками противника. Есть подбитые орудия. Вслед за этим полковник Сараев сообщил, что 282‑й полк 10‑й дивизии ведет бой с танками и мотопехотой противника в районе выс. 136, что восточнее Орловки.
На минуту задумываюсь, мысленно перебирая в памяти, что и где можно взять, чтобы скорее перебросить в Сталинград. Я держал на особом учете замечательные части, которые уже не раз в тяжелые моменты исправляли положение. Это 38‑я мотострелковая бригада, 20‑я истребительно-противотанковая артиллерийская бригада, 738‑й истребительно-противотанковый артиллерийский полк, 133‑я танковая бригада. Подходила к Сталинграду 124‑я стрелковая бригада. Звонок телефона прервал мои мысли. Говорил товарищ Малышев со Сталинградского тракторного. Товарищ В.А. Малышев был тогда министром танковой промышленности и представителем ГКО. Это был замечательный человек, прекрасный работник, мужественный, с широким кругозором, с партийным, большевистским подходом к любому вопросу. Он сообщил:
– С завода наблюдаем бой, идущий севернее города. Зенитчики дерутся с танками. Несколько снарядов уже упало на территории завода. Танки противника движутся на Рынок. Заводу грозит опасность. Наиболее важные объекты мы приготовили к взрыву.
– Пока ничего не взрывать, – ответил я. – Завод оборонять во что бы то ни стало. Нужно немедленно приготовить к бою рабочую дружину и не допустить противника к заводу. К вам уже вышла поддержка.
Затем товарищ Малышев передал трубку генерал-майору Н.В. Фекленко, который доложил:
– Я нахожусь в танковом учебном центре, имею до двух тысяч человек и тридцать танков; решил оборонять завод.
– Решение правильное, – отвечаю я. – Назначаю вас начальником боевого участка. Немедленно организуйте оборону завода силами учебного центра и рабочей дружины. К вам перебрасываются две бригады: одна танковая и одна стрелковая.
Тут же я приказал товарищу Рухле написать об этом приказ.
Прибыли начальник инженерной службы Юго-Восточного фронта генерал-майор инженерных войск В.Ф. Шестаков и начальник тыла генерал-майор Н.П. Анисимов. Они доложили, что поставленная задача – за 12 дней построить наплавной мост через Волгу в районе Сталинградского тракторного – выполнена досрочно, за 10 дней. Общая длина моста более трех километров.
