— Лежим тихо, вскоре они уснут, и мы спокойно пройдём мимо, — чуть раньше мне стоило отдельных трудов убедить бойцов придержать страстное желание вдоволь настреляться по живым мишеням.
Спецназовцы хотели провести показательный штурм, благо численный перевес определённо был на нашей стороне. Так сильно им хотелось поквитаться за инцидент со снорком, восстановив подорванную самооценку. Но я предложил самым нетерпеливым просто застрелиться, дабы не мешали другим выполнять поставленную командованием задачу. Ох уж эти горе-вояки, словно дети малые.
'Тренировка в условиях сильных помех' — именно так я окрестил попытку усыпить бандитов на фишке и в кустах на отдалении. Переполненные боевым энтузиазмом вояки постоянно сбивали нужный настрой, пришлось чуток придавить и их. Мой контроль психических процессов постепенно улучшался, в результате за пару часов я достиг нужного результата — противники крепко спали. Да и находившиеся рядом спецназовцы с трудом удерживали глаза в открытом состоянии, едва не свернув челюсти от сильной зевоты.
— Тихо идём прямо по тропе след в след, здесь наверняка полно мин и сигналок, — скомандовал зевавшему во весь рот лейтенанту, дабы тот передал своим бойцам дальше по цепочке.
Те моментально проснулись и быстро подобрались, потянувшись вслед за мной. Бесшумно проскочив расположение бандитов, мы вошли в 'Тёмную долину', выйдя на оперативный простор.
— Почему ты не позволил моим ребятам взять тех гавриков в ножи? — Тихо спросил меня лейтенант, идущие следом бойцы тоже навострили уши.
— Судя по их численности — всего трое, к ним должны подойти сменщики до наступления утра, — высказал ему разумное предположение нормальным голосом, так как чувствовал поблизости только двигавшихся параллельно с нашей группой волков с явной надеждой, что кто-то отстанет и превратится в лёгкую добычу. — И когда те обнаружат вместо тех храпунов хладные тушки или их полное отсутствие, поднимется большой шум на всю 'Тёмную долину'. Все переполошатся, утроив внимательность. Нам же нужно сначала обезопасить проход через тайную тропу и только после уменьшать численность потенциальных противников ради развлечения, — мой ответ был встречен тихими смешками, но новых вопросов, к счастью, не последовало.
Внимание народа привлёк бьющий из земли куда-то в облака впереди по ходу нашего движения слабо светящийся пульсирующий источник энергии. Это и было то непонятное аномальное образование, ради которого сюда шла научная экспедиция. Когда мы приблизились к нему, идущие параллельным курсом волки резко повернули назад.
Прислушавшись к голосу интуиции, я тоже повёл группу в обход, закладывая большую петлю. В конечном итоге мы всё же подобрались почти вплотную к заброшенной свиноферме, откуда явственно тянуло человеческими эмоциями. Но выйти на дистанцию прямой видимости нам помешали…
— Мины! — Тихо, но очень отчётливо произнёс штатный сапёр группы сержант Терещенко.
И вправду, как можно пропустить столь удобную заросшую кустарником ложбинку, по которой нам удалось почти вплотную подобраться к ферме. Все другие направления, так или иначе, хорошо просматриваются, а тут явная аномалия, причём вокруг хватает и настоящих аномалий.
Ещё два часа ушло у сержанта на прокладывание безопасной тропы. Он не снимал мины, а обозначал их присутствие специальными колышками, дабы мы смогли обойти их. У самого выхода из ложбины встретилось заминированное проволочное заграждение, пришлось обходить, вылезая в крайне неудобном месте под самой бандитской фишкой.
Впрочем, парочка дежурных наблюдателей уже крепко спала благодаря моему направленному воздействию. Выдвинувшись вперёд и спрятавшись за наполовину обвалившимся бетонным забором, я усыпил и остальных. С каждой новой попыткой получалось воздействовать на людей всё легче и легче, благо я лишь потворствовал их естественным желаниям.
Вернувшись к народу, выдал ему полную диспозицию — кто, где, сколько. Спецназовцы ринулись зачищать строения, пользуясь ножами и бесшумным оружием. Хорошо хоть про взятие нескольких пленных для последующего допроса им вовремя напомнил лейтенант.
— Это не бандиты, а наёмники, — в полный голос сказал я, осматривая превращённое в казарму на полторы сотни человек главное строение свинофермы.
Всё грамотно укреплено и подготовлено к ведению оборонительного боя. Изнутри стены местами обложены мешками с землёй, сделаны амбразуры для стрелков. Здесь маленькая группа сможет долго отбиваться от заведомо превосходящего противника, если у того отсутствует бронетехника. Да и для обладателей бронетехники найдутся весомые аргументы — мой глаз отметил сложенные спецназовцами в стопку трубы одноразовых гранатомётов РПГ-26.
Наёмники устроились тут капитально — кухня с парой железных печек, санитарный блок с душевыми кабинками, баки с чистой водой. Грубо сколоченные из досок двух ярусные лежанки с новенькими синтетическими матрасами и занимающие мало места в свёрнутом состоянии дорогие зимние спальники.
