Затем можно вообще слить лишнее масло и отставить котелок в сторонку от костра, доходить почти готовому блюду за счёт набранной температуры. Главное не пережарить, хотя некоторым нравится жевать хрустящие ломтики с румяной корочкой. Я же люблю примерно серединка на половинку. Эх, забыл в инвентарь хорошую чугунную сковородку кинуть, в походном котелке готовить жарево, честно говоря — тяжеловато.
И когда я уже собирался пробовать отстоявшееся блюдо, меня кто-то решил бесцеремонно потревожить. Сначала я ощутил едва заметное чужое ментальное присутствие, а затем в поле моего зрения медленно вышел крепко заросший грязными волосами мужик в промокшей телогрейке. Оружия у него при себе не было, он с заметным трудом переставлял ноги, но при всём этом от него явственно тянуло большой опасностью.
— Угостишь путника, сталкер? — Тихо прошепелявил он одними губами, по-хозяйски присаживаясь на валявшийся обломок кирпичной перегородки. — А может, у тебя и бутылка найдётся? — Поинтересовался он, внимательно изучая меня тёмными глазами.
Я же ещё успел отметить неопределённую опасность откуда-то снаружи. Словно всю ферму сейчас взяли в окружение, и только ждут приказа напасть. Пахло от этого 'путника' сыростью и чем-то ещё, какой-то душистой травой и немного прелыми листьями. Похоже на запах эликсира против внимания местных хищников.
— Найдётся и бутылка… — ответил незваному гостю, выкладывая плоскую коньячную бутыль из инвентаря в свой внутренний карман плаща, доставая из него рукой. — Свой стакан есть? — Спросил заметно повеселевшего при появлении бутыли мужика, тот отрицательно покачал головой. — Ладно, пить коньяк из горла — моветон, воспользуемся одной кружкой по очереди.
Я поставил на кирпич свою алюминиевую кружку с замотанной изолентой ручкой, и плеснул в неё чуток коньячку, протягивая её гостю.
— Ну, давай за знакомство, — прошепелявил мужик, одним махом опрокидывая всё содержимое в рот, как будто пил не коньяк, а обычную водку. — Меня Пахомом кличут, а тебя как? — Он требовательно протянул мне опустевшую кружку, требуя добавки.
— Бёрш Электроник, — представился я, подливая в подставленную посуду янтарной жидкости.
— О, какая важная птица, — хмыкнул Пахом, отправляя вторую порцию коньяка в рот. — Вот теперь другое дело, теперь хорошо, — он приложил к заросшему лицу мокрый рукав телогрейки, занюхивая им крепкий алкоголь. — Ну, давай корми гостя, пока тот в хорошем настроении, — усмехнулся он.
— Гость, гость, а ведёт себя как хозяин, — я тоже усмехнулся.
— А может, он хозяин и есть? — Тот картинно уставился на меня, выпятив вперёд спутанную бороду. — Корми, давай! — Настойчиво потребовал он.
— Совсем уж эти контролёры страх и совесть потеряли… — негромко пробурчал я себе под нос, накладывая жарево в миску из котелка.
Наконец-то мне удалось определить, с кем же пришлось столкнуться. Этот заросший тип самый настоящий матёрый контролёр. И ему повезло сохранить остатки человечности, иначе бы давно напал сам или же спустил с поводка своих зубастых миньонов. А ведомые контролёром псевдособаки — это, знаете ли — ещё та проблемка, к тому же вместе с ними есть кто-то ещё. Ощущения сильно приглушены, однако мне удалось определить различие.
— Надо же, наконец-то догадался… — довольно проскрипел контролёр. — Только почему не боишься-то? — Он внимательно посматривал то на меня, то на миску в моих руках.
— Ложка нужна? — Я подал ему наполненную горячим содержимым миску, тот аккуратно поставил её на колени и стал с большим предвкушением вдыхать поднимающийся ароматный пар.
Разок, сунувшись туда пальцами, он потерпел неудачу — горячо.
— Давай, попробую, вдруг получится… — Пахом расстроенно вздохнул, пожаловавшись: — Руки и ноги совсем плохо слушаются, проще чужими управлять, чем самому шевелиться.
— Так завел бы себе слугу, — я пожал плечами. — Или ты только зверей способен подчинять?
— Насмехаешься? — Взгляд контролёра пыхнул злым огнём. — Смотри, сейчас чуток поджарю твою мелочную душонку. Будешь знать! — Он заметно напрягся, а я ощутил лишь пробежавшийся вдоль позвонков холодок.
— Обломайся, мужик! — Я громко хохотнул, отметив его потуги и заметное недоумение, когда он понял всю тщетность своих попыток.
Даже странно, почему он меня раньше не признал таким же, как и сам, или в чём-то похожим? Может, у него совсем другое ментальное чутьё? Интересно.
— Вот, блин, опять посечённый попался… — Пахом недовольно фыркнул. — Ну, хочешь, за задницу собакой укушу? — Высказал он очень 'интересное' предложение.
— А обойтись без всего этого никак? — Я едва сдерживал рвущийся наружу смех.
— Ты же вежества не знаешь, надо же тебя как-то воспитать… — тихо буркнул контролёр, но решил ничего не предпринимать, уставившись в миску.
Затем кое-как ухватив всей ладонью ложку, попробовал из неё зачерпнуть. Со второго раза у него получилось, а с третьего и до рта чего-то донести.
