— Так ты тоже мутант! — Наконец-то догадался он, с трудом, помогая ногам руками, усаживаясь по-турецки. — Надо же, а сразу и не заметил… — он недовольно покачал головой, мысленно отдав своим зверям команду скрыться с глаз долой.
— Как видишь… — я пожал плечами, в который раз поразившись, как слаженно действуют слепцы и псевдособаки.
— Кто именно? Больше всего ты похож на обычного человека, — с большим интересом спросил Пахом.
— Полуснорк-полукнотролёр, — обозвал личную видовую особенность. — В каждом варианте трансформация остановлена на полпути, потому исходный телесный внешний вид остался неизменным, — внутри меня распирала большая гордость за свои 'великие' достижения. — Но и способности, прямо говоря — откровенно слабоваты.
— Слабоваты?! — Вскинулся Пахом. — Ты творишь совершенно невероятное, целенаправленно управляя мутагеном! Гораздо лучше Болотного Доктора, кстати. Я снова прекрасно чувствую свои руки и ноги. Да и всё тело тоже. И при этом мои способности к контролю только возросли. Стало гораздо легче держать зверей, да и дистанция, похоже, существенно возросла. Надо будет попробовать ещё парочку для проверки взять.
— Ты так и не рассказал мне, почему не обзавёлся человеком-слугой, как делают другие контролёры, — за всеми экспериментами я позабыл про костёр и еду, и теперь его требовалось снова раздувать из едва тлеющих углей.
После работы с мутагеном резко появился зверский аппетит, требовалось срочно принимать меры, дабы сохранить адекватность мышления. А своё грибное жарево я и холодным прямо из котла проглочу.
— Ты вот сам мутант, а не понимаешь… — Пахом покачал головой, демонстрируя разочарование моими умственными способностями. — Мы с тобой легко сожрём свежее мясо с кровью и даже не поморщимся, а обычный же человек рядом с нами быстро загнётся. Да и управлять человеком с подавленным разумом куда сложнее, чем зверем. Рефлексы частично стираются, сам понимаешь. На что такой безрукий слуга сгодится? Контролёры берут сталкеров только для развлечения и в качестве ходячих консервов. Я делал пару попыток выдрессировать бродячих зомбаков, у них с метаболизмом полный порядок, но возни больше чем толку. А выйти к людям… вот взгляни на мои зубки, — он широко открыл рот, демонстрируя совсем не свойственный людям хищный оскал. — Это ты такой крепкий оказался, а другие при виде меня сразу штаны пачкают или за оружие хватаются.
— А расскажи, как ты находишь живых и берёшь зверей под контроль, — я давно хотел его об этом расспросить, но всё сдерживался.
— Ты разве сам не умеешь? — Сильно удивился контролёр, я помотал головой.
Из его дальнейшего рассказа я выяснил — как контролёр я действительно не состоялся. Для Пахома брать другое живое существо под ментальный контроль обычный рефлекс. Естественно как дышать. С обнаружением тоже всё просто. Он просто знает, если поблизости от него находится высокоразвитое существо. Эмпатии или чего-то подобного моему ментальному чутью у него просто нет. Обнаружив потенциальную добычу, он дистанционно помещает в неё часть своего сознания, тем самым вытесняя сознание прежнего хозяина тела. Процесс иногда обратим, всё зависит о силы и скорости вытеснения.
Подавив волю другого существа, контролёр прекрасно видит его глазами и управляет его телом лучше, чем своим. Но со зверями получается гораздо проще, так как они сохраняют своё сознание и все рефлексы, утрачивая лишь собственную волю. Контролёр ставит им задачу, и они безропотно выполняют полученный приказ. Как и за счёт чего это действует на тонком уровне, Пахом не смог разобраться даже совместно с Болотным Доктором, несмотря на все их старания.
— …Тебе определённо нужно к нему идти… — настойчиво повторял он, — вместе вы горы свернёте! Я и сам, как только освоюсь с руками и ногами, к нему пойду о тебе расскажу.
Поведал он и секрет 'одуванчиковой аномалии', когда я его об этом спросил:
— Блудни там! — Громко фыркнул он. — Можно спокойно пройти один раз из края в край и ничего не заметить, но второй раз вряд ли так повезёт. От тех, кто по полю решится пройти, после даже костей не остаётся. Хлоп, и нет дурака! Только вонючий дымок ветром в сторону сносит. За границы поля блудни, к счастью, не выходят. Раньше сюда сталкеры изредка захаживали, тут от реки можно почти напрямую пройти, однако, с прошлой весны ты первый. Гиблое место…
Наговорились мы только к следующему утру. Я держался из последних сил на любопытстве и стимуляторах, Пахом же старательно восстанавливал телесные рефлексы, и к утру у него получилось кое-как встать на ноги и даже медленно идти. Наметившийся прогресс его сильно порадовал, и он пожелал оставить меня в одиночестве, отправившись к Болотному Доктору вместе со своими зверушками. После его ухода, я забился в сухой уголок и мгновенно забылся глубоким сном без сновидений.
