А ведь шли ровно в одном направлении, следуя точно по гирокомпасу в моём наладоннике. Теперь уже не остаётся даже малейших сомнений — мы блуждаем внутри 'пространственного пузыря'. Иди в любом направлении и со временем придёшь ровно в ту же самую точку, откуда ты начинал свой путь. Вечная хмарь на небесах и густой туман — все признаки налицо.
— Может, теперь двинемся вдоль неё? — Предложил я иной вариант куда дальше идти. — Заодно отметки на столбах поставим, чтобы точно знать, где мы уже раньше ходили.
— Проклятье! — Ещё раз выругался Макс, сильно пиная от большой досады травяной бугорок, отчего сам едва устоял на ногах. — Меть столб, и пойдём, вдруг случайно нащупаем выход… — согласился он с моим предложением упавшим голосом.
Ближе к центру Зоны бесследно пропадало много опытных сталкеров и даже целых хорошо подготовленных и вооруженных групп. Кто-то попадал в 'горячие зоны' и быстро сгорал от чудовищной дозы радиации, других раздирали голодные монстры, а кое-кто, как и мы, оказывались внутри замкнутых 'пространственных пузырей', из которых нельзя выйти в обычное пространство. Выбирались из них считанные единицы, рассказывая об всяких ужасах в замкнутом пространстве. Люди там быстро сходили с ума, кончали с собой, убивали своих товарищей от чувства полной безысходности. Справимся ли мы с очередным испытанием Зоны?
— Пришли, снова первая опора! — Теперь уже и в моём голосе явственно слышалась лёгкая паника, хотя я старался сохранить внутреннее спокойствие.
А всё потому, что я старательно смотрел на провода, следуя вдоль линии магистральной ЛЭП от столба к столбу. Ни одного видимого разрыва. От столба к столбу от цепочки изоляторов к цепочке изоляторов, уходящая в молочную белизну тумана путеводная нить… ведущая абсолютно в никуда.
Отметив красным маркером тридцать две опоры, мы вышли к очередной опоре со свеженькой отметкой '1'. Круг замкнулся. Опоры располагались на расстоянии примерно двухсот пятидесяти метров друг от друга, следовательно, мы прошагали восемь километров и оказались в точке начала пути.
И по идее, если бы не вездесущий туман, то сейчас можно было разглядеть землю над головой или осмотреть весь пузырь изнутри. Не такой уж он и большой, получается. Как здесь действует гравитация и почему нас всегда прижимает к земле — спрашивать бесполезно. В качестве ответа будет лишь одно слово — Зона! Да и свет откуда-то берётся. Чудеса, что бы им сгинуть куда-то далеко и надолго. Причём, желательно без нас.
— Эх, хочется напиться просто до беспамятства… — тяжко вздыхает Макс сзади, он заметно устал и последнее время едва переставлял ноги, постоянно догоняя меня.
— Облом, мужик, жратвы у меня в загашнике нам на неделю должно хватить при экономии, а алкоголь всё, ёк! — Я расстроил его ещё больше. — Идём к аномальному полю, посерёдке устроим лагерь, хоть какая-то защита от зубастой мелочи, которая живёт тут вместе с нами. Чего хоть жрёт, интересно?
— Теперь ясно, с чего они так на нас набросились, совсем, бедные, оголодали. Ладно, пойдём к аномалии, там и вправду безопаснее, чем срать посреди чистого поля… — со злостью в голосе ответил свободовец, опустив голову.
Я ещё верил в благополучный исход нашего приключения, а вот он, похоже, уже готов сдаться. Или ему на мозги тут что-то давит, а я просто не чувствую? Вполне вероятно.
На подходе к полю нас опять попытались догнать голодные тушканы, но уже как-то вяло, без прежнего задора, сразу же повернув обратно, едва почувствовали близкую аномальную активность.
— … Ты хоть догадываешься, как отсюда можно выбраться? — Спросил меня Макс убитым голосом. — Вы, проводники, должны отовсюду выбираться… — добавил он с заметной надеждой.
— Хоть мы и должны, но кто расписку предъявит? Сама Зона? — Я недовольно хмыкнул и пожал плечами.
Мы лежим на траве уже третий час, а в голове ни одной путной мысли. Разве только измерить шагами всю внутреннюю поверхность 'пространственного пузыря' в надежде найти маленькую щель. Но интуиция советует не страдать всякой глупой ерундой, ибо бесполезно. А выход и вправду должен где-то быть.
— Я тут скоро свихнусь от этого тихого шума и этих голосов… — Макс продолжил мне жаловаться.
— Займись тренировками подчинения аномалий своей воле, — предложил ему вариант доступного и весьма полезного занятия. — Я же, пожалуй, пока чуток посплю, раз задачка не решается сходу, то её стоит отложить. Вдруг ответ просто приснится.
На меня вдруг тоже навалилась слабость и апатия. Алхимические стимуляторы у меня уже закончились, потому сон сейчас будет самым подходящим лекарством.
— Хорошо, я подежурю, хотя вряд ли в этом есть какой-то смысл, — видя моё внешнее спокойствие, свободовец тоже чуток успокоился и перестал фонить полнейшей безнадёгой.
Наверное, он и вправду в меня верит. 'Мне бы сейчас его веру…' — с этой мыслью я и уснул.
