— Надеюсь, потому что это моя работа.
Роб представил изуродованное лицо жертвы и нахмурился.
— У нее был окровавлен нос. Мы считаем, он ударил ее по лицу.
— Разумное предположение, — кивнул Тони.
Роб нахмурился сильнее:
— Потом он изнасиловал и задушил ее, возможно, делал это одновременно. Она умерла от удушья.
— Еще что-то? — уточнил Тони.
Роб поднял кружку с пивом. Внезапно он почувствовал себя грязным, так, словно ему требовалось срочно принять душ. Детектив сделал большой глоток, надеясь таким образом смыть это ощущение.
— Несколько недель назад она обращалась в полицию с жалобой на преследовавшего ее мужчину, но ничего предпринято не было. В заявлении Джули не дала четкого описания, только что он высокий, худой и носит толстовку с капюшоном.
— Да, я слышал это в новостях.
— Что это значит? Почему этот тип выбрал ее своей целью? Это личная месть или что-то еще?
Тони изучающе смотрел на него:
— Почему ты решил, что это может быть нечто личное?
— По тому, как он набросился на нее, и из-за кольца. — Роб запнулся. «Проклятие». Он не должен был упоминать кольцо.
— Какого кольца? — мгновенно ухватился за информацию Тони.
— Не могу сказать. — Роб прикусил губу. — Прости. Строгий приказ сверху.
— Кольцо очень важно, — заметил Тони. — Оно пропало?
— Не совсем. — Роб заерзал на стуле. Лоуренс убьет его, когда узнает. — Про это больше никому, хорошо?
Тони кивнул.
— Его нашли внутри тела жертвы.
Тони неотрывно уставился на него. Молчание воцарилось на целую минуту. Ни один из них не произносил ни слова.
Наконец тишину нарушил Тони.
— Что это было за кольцо? — прошептал он.
Роб выдохнул воздух:
— Знаешь, у меня могут быть серьезные неприятности, если это дерьмо где-то всплывет.
— За пределы этого паба ничего не просочится, — заверил его Тони. — Послушай, если хочешь, чтобы я тебе помог, ты должен рассказать мне про кольцо.
— Помолвочное, — выдохнул Роб, стреляя глазами по сторонам: нужно было удостовериться, что их никто не подслушивает. Никто из посетителей ими не интересовался.
Тони моргнул, когда до него дошло сказанное Робом.
— Она была помолвлена.
— И что? — тупо спросил Роб.
— В этом все дело.
— В чем?
Тони склонился вперед.
— Он выбрал ее, потому что она была помолвлена.
— Ты утверждаешь, что это не личное? Он на нее набросился только потому, что она была помолвлена?
Тони откинулся назад на спинку стула и взял пиво.
— Именно это я и говорю.
— Но он выслеживал ее несколько недель перед тем, как наброситься. Это же должно иметь какое-то значение?
— Конечно. Это означает, что он выбрал ее своей следующей целью и преследовал, изучая распорядок дня, а потом ждал подходящей возможности, чтобы напасть.
— Что ты имеешь в виду под «своей следующей целью»? — Робу стало дурно. — Ты думаешь, он и раньше проделывал подобное?
— О, почти точно, — ответил Тони. — И я тебе еще кое-что скажу. Она не будет его последней жертвой.
Роб уставился на друга поверх кружки с пивом.
— Ты намекаешь, что это серийный убийца? — прохрипел он. У него создалось впечатление, что то напряжение, которое накопилось у него в шее и плечах, внезапно перешло в горло и захватило голосовые связки. Эта чертова журналистка была права. Роб сделал еще один большой глоток. Он помог избавиться от комка в горле.
— Похоже на то. — Тони больше не улыбался.
— И ты пришел ко всем этим выводам только на основании кольца?
— Давай я расскажу тебе про модель поведения. — Тони наклонился вперед и стал говорить тише после того, как компания из четырех человек устроилась за соседним с ними столиком. — Ты, вероятно, уже частично это знаешь, а то и все знаешь, но, пожалуйста, выслушай меня.
Роб кивнул и поставил кружку на стол. Он представлял лицо Лоуренса, когда скажет тому, что им придется искать серийного убийцу, черт возьми.
— Вероятно, начинал он просто с выслеживания и преследования. Может, ему нравилась девушка, которой не нравился он, может, он за ней приударил, а она его отвергла, что-то в таком роде. Возможно, она обручилась с кем-то другим.
Роб внимательно слушал.
— И он стал ее преследовать. Наблюдал за тем, как она живет, — за ее обычной повседневной жизнью. Может, даже подсматривал в окно ее спальни. Может, наблюдал за ней, когда она проводила время со своим молодым человеком. Улавливаешь суть?
Роб снова кивнул.
— Он о ней фантазировал, представлял, как причиняет ей боль, как-то калечит или силой заставляет заняться с ним сексом, но ему не хватало смелости, чтобы воплотить все эти фантазии в жизнь.
— Я понимаю, к чему ты клонишь, — прохрипел Роб.
Тони продолжал, словно Роб не произнес ни звука.
— Но его навязчивая идея усиливалась, как и его фантазии. И однажды он ей пригрозил.
— И убил ее?
— Вероятно, не на этом этапе, но потом он осмелел и тогда уже смог применить силу. И наступил день, когда он сделал все, как хотел. А поняв, какое удовлетворение получил от этого, он захотел сделать это снова.
— Боже! — воскликнул Роб. — Значит, за этим типом тянется череда подобных преступлений?
