Очередь из игольника ударила туда, где стоял незнакомец, опоздав совсем немного. Тот перепрыгнул через стол и кинулся в дверь, ведущую в глубину дома.
Вторая очередь ударила ему вслед, в щепки раскрошила притолоку, но, видимо, не задела его.
Би запрыгнула на стол, чтобы бежать за ним, и обернулась. Мириам замерла и смотрела, как она возвращалась, шагала по столу к ней и присела напротив, на скамье.
Незнакомая Би снова улыбнулась, дотронулась до щеки Мириам и спросила:
– С тобой все нормально?
Голос воительницы был тем же, но интонации – совершенно чужими.
– Уже да, – сказала Мириам.
– Он тебя не обидел?
– Кто?
– Тот, который убежал?
– Кажется, нет.
– Хорошо. – Лицо женщины расслабилось, и улыбка ушла.
Би опустила глаза и посмотрела на игольник, зажатый в руке.
– Что тут?.. – Она обернулась, рассматривая выбоины от игл на стене и хозяина заведения, все так же невозмутимо читающего свою книгу. – Опять! А где?..
– Он убежал, – сказала Мириам, забираясь обратно на скамью.
– И он тоже!
– Что вам принести, девочки? – Хозяин заведения наконец оторвался от электронной книжки и дружелюбно усмехнулся Мириам.
Он действительно выглядел намного старше ее, седые бакенбарды лежали на его щеках, словно наледь на окнах кара.
– Воды, наверное. – Мириам шмыгнула носом.
Чернота вокруг растворилась, оставив после себя совершенно незнакомый мир, как если бы переулок, в который они всего несколько минут назад вошли, вымыл весенний дождь, убрал грязь и обнажил краски, не видимые до сих пор. Проступили детали – красноватый кирпич стен, мутные стекла в маленьких окнах высоко над землей, желтые побеги винограда на металлических столбах навеса, грязные пятна на полотне, натянутом над столом, – живущие своей жизнью, играющие десятками новых оттенков. Вглядываясь в исцарапанную деревянную столешницу, теперь представляющую собой совершенно захватывающее зрелище, Мириам не сразу поняла, что в переулке появился еще кто-то.
Она вздрогнула, услышав незнакомый низкий голос:
– Вот вы где. Ничего не хотите мне рассказать?
– Как раз собирались, – ответила Би, и Мириам обернулась.
Она без труда узнала это лицо с расплющенным носом, словно изуродованное множеством ударов. Шериф Хокса, встреченный ими прошлой ночью на площади, стоял всего в десятке шагов от них, одетый в простой черный бронежилет и плащ. Это было странно. Мириам не слышала, как он подошел. Шериф будто появился там прямо из воздуха. Озадаченная девушка успела рассмотреть тени двух здоровенных гвардейцев у него за спиной, у входа в переулок. Потом темнота снова обрушилась на нее, совсем неожиданно, без предупреждения, как огромный пустынный ястреб из Эрга, подкарауливший неосторожного путника.
Ей снилось, что ее несут на руках.
Она прекрасно осознавала, что это всего лишь видение, но просыпаться не хотела, тем более что нес ее Никки. Она не видела его лица в темноте, но чувствовала присутствие, дыхание где-то рядом. Тогда Мириам попыталась заговорить с ним, но слова, как это часто бывает во сне, не прозвучали, а остались мыслями.
– С ней точно все в порядке? – спросил знакомый низкий голос, прозвучавший совсем рядом.
– Похоже на обморок. Дыхание восстановилось, сердце тоже бьется нормально.
Это говорила Би, и Мириам поняла, что уже не спит. Девушка хотела было сказать, что у нее нет никакого обморока, мол, она отлично себя чувствует, но почему-то промолчала. Ей было очень приятно лежать так, на чем-то мягком, и чувствовать, что Никки рядом, частичка сна, оставшаяся с ней.
– Тогда поговорим?
– Да.
– Вот и хорошо. На него не смотри, это наш офицер, он не из болтливых. Хочешь чаю?
– Да.
Металл звякнул о стекло, и этот звук заставил Мириам прислушаться. Откуда-то со стороны доносились голоса. Кто-то говорил на высоких тонах или кричал, пусть приглушенно, но совсем недалеко, видимо за стеной.
– Это карта города?
– А как же. Только тебе вроде как нельзя на нее смотреть.
– Она не соответствует действительности. Форма верхнего города отличается, орудийные башни расположены иначе, а бреши в стенах и вообще!.. Она специально тут висит, для посторонних, да?
Снова звякнуло стекло.
– Саймон верно говорил, что шутить с тобой не стоит. Уже семь лет его знаю, а все не могу привыкнуть к тому, что вы, праймы, чертовски быстро соображаете.
Мириам приоткрыла один глаз. Она лежала на кушетке у стены, а чуть правее за широким деревянным столом сидела Би. Напротив нее расположился шериф, разливающий чай из стеклянного чайника по металлическим стаканам. Кроме них, в большом помещении, заставленном шкафами и стойками для оружия, никого не было видно, но ощущение присутствия Никки, оставшееся со сна, не прошло, а, наоборот, стало еще сильнее.
– Так что там на площади случилось, расскажешь?
– У вас свидетелей человек десять.
– Чушь плетут. Даже мои парни ничего понять не успели. Но громыхнуло здорово, на другом холме слышно было.
– Осколочная граната.
– Кто бросил?
– Он ушел. Свидетель заметил татуировку Пауков.
– Паук? У нас?
