С глубоким уважением относились мы к профессору Д. М. Карбышеву руководителю кафедры инженерного дела. Его лекции, несмотря на сложность предмета, особенно для общевойсковых командиров, имевших порой недостаточную общеобразовательную подготовку, отличались простотой и доступностью. Дмитрий Михайлович считал себя учеником выдающегося русского военного инженера-фортификатора, автора проекта крепости Порт-Артур, создателя инженерных укреплений Владивостока и на сопках Маньчжурии, организатора инженерного обеспечения знаменитого брусиловского прорыва русских войск в первой мировой войне, бывшего председателя инженерной коллегии по обороне революционного Петрограда Константина Ивановича Величко. И надо сказать, ученик был достоин своего именитого учителя. Он внес большой вклад в создание теории долговременной фортификации, инженерных заграждений и их преодоления, в развитие тактики инженерных войск.
Запомнился мне заслуженный деятель науки и техники профессор В. Ф. Новицкий. Он пользовался мировой известностью как крупный ученый по истории войн и военного искусства. Его научные труды были переведены на многие иностранные языки, а во французской военной академии приняты к преподаванию.
До революции Василий Федорович успешно окончил Михайловское артиллерийское училище, куда принимали самых талантливых юношей, и академию генерального штаба, участвовал в военно-географических экспедициях в Монголию, Афганистан и Индию. В годы первой мировой войны он командовал бригадой и пехотной дивизией. После Февральской революции был последовательно помощником военного министра, командиром корпуса, командующим 12-й армией и главкомом Северного фронта. После свержения буржуазного Временного правительства Новицкий добровольно перешел на сторону Советской власти, работал заместителем военного руководителя Высшей военной инспекции Красной Армии, а потом - профессором Академии Генштаба РККА.
На чтение своих лекций он всегда приходил в идеально отутюженном френче, отличался строгой пунктуальностью и нетерпимостью к опоздавшим.
- Если вы, молодой человек, не уважаете мой предмет, так извольте хотя бы уважать своих коллег, - выговаривал профессор опоздавшему на его лекцию, потом протягивал руку в сторону свободного места и, глубоко вздохнув, уже мягко приглашал: - Прошу садиться.
Другой раз он напоминал, что военачальнику, как никакому другому специалисту, следует ценить время, и тут же приводил пример из прошлого, когда кто-то запоздал подтянуть резервы и проиграл сражение.
В. Ф. Новицкий обладал огромным запасом знаний и феноменальной памятью. Читая лекции по истории первой мировой войны, он безошибочно называл соотношение сил сторон, десятки населенных пунктов, имена многих немецких, английских и французских генералов, глубоко анализировал и четко объяснял самые сложные процессы боя и войны в целом, делал поучительные выводы и требовал от слушателей в их будущей боевой практике быть вдумчивыми при принятии решений, не забывать о тех, кто своей кровью добывает победы и расплачивается жизнью за ошибки и фантазии военачальников.
Была у этого великолепного ученого и педагога одна странность: работая дома, он облачался в генеральский мундир с погонами и, прохаживаясь по кабинету, вслух обсуждал различные проблемы военного искусства.
В те годы преподаватели нередко давали консультации слушателям у себя на квартире. Я, например, неоднократно бывал у профессоров Д. М. Карбышева, Г. С. Иссерсона и других.
Так вот однажды слушатель, кажется по фамилии Егорычев, прибыл на квартиру к В. Ф. Новицкому. Дверь ему открыла опрятно одетая старушка.
- Пожалуйста, проходите, - вежливо пригласила она. - Василий Федорович у себя.
- Здесь, ваше превосходительство, требуется иное решение, - услышал Егорычев через приоткрытую дверь голос Новицкого и, войдя в кабинет, остолбенел: профессор стоял перед ним в парадном генеральском мундире старой армии.
- Вы ца-царский ге-генерал... Не з-знал, - залепетал, заикаясь, растерявшийся слушатель, подозрительно озираясь, разыскивая глазами того, с кем разговаривал Новицкий.
- Вас озадачил мой мундир?-усмехнулся профессор. - Да-с, молодой человек, как изволите видеть, я генерал, только не царский, а русский, и сей чин получил не за верноподданность его императорскому величеству, а за службу на пользу великой России, своему Отечеству. - Поправив пенсне и приподняв голову, он с гордостью добавил:-Представьте себе, я имел честь быть консультантом Владимира Ильича Ленина по некоторым военным вопросам, приходил к нему вот в этом мундире, и он не изволил меня разжаловать.
- Не может этого бы-быть! Тут что-то не то, - с недоумением смотрел Егорычев на профессора, все еще считая, что он кого-то прячет в своем кабинете.
- В таком случае, молодой человек, нам с вами не о чем разговаривать, уже раздраженно оборвал Новицкий. - Приходите на консультацию в другой раз и предварительно наведите обо мне соответствующие справки в ВЧК.
Егорычева словно ветром сдуло. Он выскочил из квартиры и опрометью бросился к комиссару академии Е. А. Щаденко.
