Царский манифест о восьмичасовом рабочем дне и запрете штрафов, страхование от безработицы и несчастных случаев, запрет детского труда и равенство оплаты мужчин и женщин породили настолько контрреволюционное настроение среди трудящихся, что ни о каких антиправительственных акциях они не хотели и слышать, а агитаторам банально били морды. Революция сошла на нет сама собой. Акцию отменили и Красин перевёл было дух, но в тот же вечер на конспиративной квартире его ждали…
– Ваше Величество?
– Тсс, в последнюю нашу встречу в Баку я был “Коба”, Ленину и Потресову представился как “Тиран”. Выбирайте любой псевдоним…
Император улыбался, хотя в глазах его не было ни грамма веселья. И смотрел он на инженера оценивающе, как охотник на дичь, выбирая, куда лучше бить, чтобы не попортить шкуру.
– Если Вы здесь, значит всё знаете… – Красин обреченно опустился на стул и нарисовал в своем воображении картинку тюрьмы-суда-каторги.
– Нет не всё, – не согласился с революционером монарх. – Я, например, не понял, что вас так тянет на мелкое хулиганство? Почему вы не хотите заниматься глобальным переустройством страны и срываетесь на малоперспективную уголовщину?
– Партийная революционная дисциплина, – промямлил Красин, хотя этот аргумент представлялся несколько глупым в данный момент.
Император, как ни странно, кивнул, потушил огонь в своих зрачках и аккуратно присел на соседний стул.
– Это хорошо, товарищ Красин, что Вы серьезно относитесь к партийной дисциплине. Но даже она не избавляет человека от необходимости иногда делать личный выбор. Повторяю своё предложение, озвученное в Баку. Я хочу, чтобы вы и дальше занимались революционным преобразованием окружающей среды, но только более эффективно и ответственно. А глупости с захватом дворцов и заложников… Согласитесь, это – ребячество, болезнь роста…
В тот вечер Красин дал себе зарок больше не участвовать в революционных авантюрах и работать исключительно легально… Как плохо он знал своего монарха! Как слабо представлял уготовленную себе роль…
Месяц спустя, стоя на качающейся палубе трампа, направляющегося из Марселя в Дурбан, он не мог поверить, что дал себя уговорить отправиться в Южную Африку в малоизвестный городок со звонким, как колокольчик, названием Кимберли, чтобы возглавить авантюру, по сравнению с которой штурм Зимнего дворца был действительно ребячеством.
– Ваша сфера интересов – горное оборудование, специалисты по разработке алмазных копей и, конечно же, само содержимое южно-африканских закромов, – напутствовал его монарх. – Четыре батальона африканеров – снайперы, саперы, разведчики, пулеметчики, действуя под вывеской бурских партизан, будут вашим боевым крылом. Они добывают себе славу, чины, награды. Вы пополняете горно-добывающий, алмазный и золотой фонд Отечества. Десятую часть можете отдать в партийную кассу, хотя, – император странно улыбнулся, – счастья вам это не принесет…
Вряд ли три фунта необработанных алмазов и пара пудов золота, затрофеенные в ходе лихих налетов “бурских партизан” на эшелоны, караваны и склады английских колонизаторов, сильно помогут отечественной экономике, но вот всевозможную горную технику и управляющихся с ней специалистов, соблазненных высокой оплатой и переправленных на “Большую землю”, определенно можно было записать в актив. Как и целых четыре группы отчаянных головорезов, сформированные из революционных студентов-инженеров, подготовленные им лично и проверенные в деле на Юге Африки….
А с партией император как в воду глядел. Ильич, почувствовав вместе с запахом денег, привкус опасного конкурента за лидерство, облыжно обвинил Красина в растрате партийных средств и выпер из всех руководящих органов, разорвав отношения и сняв, таким образом, груз какой-либо ответственности.[40] Расплевавшись с РСДРП, Красин окончательно перешел в стан монарха-реформатора. Революционной риторики здесь было меньше, а революционных действий с огоньком, с риском – не в пример больше! Чего стоила хотя бы экстремальная экспедиция двух дирижаблей на реку Ирелях, куда доставили разведочную геологическую партию, потом – такой же бросок, только с “золотыми” специалистами – на реку Магаданку. А сразу две сотни электростанций, сооружаемых в авральном порядке в разных губерниях огромной страны! Эх, как там всё интересно и масштабно разворачивается! Но началась эта проклятая война, и приходится заниматься совсем другими проектами.
Он ещё раз вгляделся в техническое задание императора, третье за последний месяц, понятное только ему. Да, это будет ограбление века! Дикому Западу с налетами на поезда до такого еще расти и расти! Так оригинально увеличить российский флот на целую эскадру! Грандиозно! Красин даже не сомневался в авторстве этой дерзкой авантюры.
