— Прошу тебя, — Падира смотрела на мать с надеждой.
— Хорошо, — лицо драконницы вновь стало бесстрастным, и резко развернувшись, она вышла, гордо подняв голову.
— Ну, во-от обиделась, — вздохнула я.
— Она поймет, — прошептала Падира.
— Ладно, потом разберемся.
Я подошла к морде дракона и уже серьезнее спросила:
— Так, ты не против, если я тебя осмотрю?
— Нет, — слабо рыкнула Падира, — Хуже, все равно, не будет.
«А вот это не скажи, — подумала я, — Всякое в жизни бывает». Но вслух ничего не сказала. Поставила вазочку на пол и начала осмотр. Падира оказалось не такой крупной, как ее мать, всего метров десять-двенадцать в длину и где-то четыре в высоту. Драконница лежала на боку, сложив крылья за спиной, что облегчало доступ к животу, который сильно выпирал и выглядел так, словно у нее там не одно яйцо, а целая кладка. Любопытно, (надо бы пообщаться с этим горе-лекарем) как можно было с уверенностью говорить пациентке, что у нее там ничего нет, если на лицо все признаки?
Начав щупать ее живот, задумалась, что же я ищу и как это должно выглядеть. Если человеческую анатомию и физиологию я худо-бедно знала, то расположение внутренних органов рептилии представляла себе смутно. Побегав взад-вперед, я поняла, что действую неверно. Не снимая амулета, призвала стальную, которая уже начала беситься, что я, пытаясь разобраться, что же происходит с Падирой, запихала ее на задворки нашего общего сознания. Выпустив драконью сущность, явственно ощутила, что яйцо, а точнее плод есть, но его словно что-то оплетает — какая-то паутина. Не знаю, сколько ходила вокруг драконницы, изучая странное явление — ясно же, что ни с чем подобным раньше не встречалась, и что делать, представления не имею, но какие-то смутные обрывочные мысли все-таки вспыхивали в драконьем мозгу. Жаль, расшифровать их не получилось — нет того ключа, который бы вскрыл этот драконий код.
Прекратив пальпировать живот, посмотрела на свои руки и увидела, что они покрылись серебристой чешуей — на ней хорошо просматриваются тонкие темно-серые нити. На ощупь липкие. Я с отвращением потерла ладони о рубашку.
— Мерзость какая.
— Что там? — драконница на мгновение задремавшая, от моих прикосновений, вздрогнула и посмотрела мутным взглядом.
— Не знаю, — вздохнула я, — Но мне кажется, что что-то не дает сформироваться яйцу. Плод как бы завис. В…в…
— В чем?
— Даже не знаю. Похоже на кокон.
— О, нет!! — вскрикнула Падира, — Только не это!!
— Э-э? — встрепенулась я, — Ты знаешь, что это такое?
— Мой малыш, мой бедный малыш, — запричитала она.
К сожалению, больше ничего путного от нее я добилась. Падира начала плакать и слабеть на глазах, а кокон словно активизировавшись, начал пульсировать и расти.
— Вот, черт! — испуганно воскликнула я и закричала, что есть мочи, — Ари-и!! Зови лекаря! Путь зовет шахниров. Ари-и-и!!!
Но никто не откликнулся. Я выскочила в коридор и к своему ужасу выяснила, что все куда-то ушли, а куда, я представления не имею. Спасибо, конечно, за такое доверие, но это уж слишком! Могли же, хотя бы дежурного оставить или показали бы какую кнопку нажать, чтобы вызвать персонал. Если я сейчас пойду искать Арису или Лекаря, я вероятнее всего заблужусь — здание большое, коридоров много, а я здесь впервые. Даже если не заблужусь, успеем ли мы к больной, и не будет ли слишком поздно?
Падира застонала. Я отвлеклась от своих мрачных мыслей. Драконница начала дышать часто и прерывисто, словно собралась вот-вот родить. Но так не должно быть, она же не человек! Я запаниковала.
— Падира, Падира. Что с тобой? — подбежала я к драконнице.
Естественно она мне не ответила, только уставилась невидящим взглядом и завыла на одной ноте.
— Черт, черт, черт, — схватилась я за голову и затараторила, — Что же делать? Она слишком большая. Моей крови не хватит. Черт, почему я не умею превращаться?! Черт, черт, черт… Падира, не умирай. Только не умирай…. Что же делать? Что же делать? М…М…М…, - захотелось, как в детстве, позвать маму, но тут же одернула себя: какая мама, нужен кто-нибудь, кто действительно может ей помочь. И вот тут меня осенило, — МАКС!! МАКСЕНС!! ПОМОГИ!!!
Время застыло.
— Зачем так орать, — раздался за спиной голос Макса, — Я тебя прекрасно слышу.
Я подскочила на месте, крутанулась вокруг своей оси и когтями вцепилась в отвороты серого сюртука. Хм, любит же Макс принаряжаться. Хорош, паршивец.
— Макс, помоги!
— Это я уже слышал, — мягко улыбнулся бог-оборотень, — Но, что конкретно ты от меня хочешь?
— Падира. Спаси ее, — вдруг осипшим голосом взмолилась я, — Пожалуйста.
Макс осторожно сжал мои запястья, отцепил пальцы и медленно опустил.
— Хорошо, давай посмотрим, что мы можем сделать.
От облегчения, едва не разревелась, но больно ущипнула себя за щеку — нашла время нюни распускать.
— Так-так, — протянул Максенс, проведя ладонью над животом Падиры, — Проклятье значит.
— Проклятье? — заинтересовалась я.
— Да. Кто-то проклял весь род Дай'Магриард, а расплачиваться приходится этой девочке и ее ребенку.
— Кто? Кто мог так поступить? Это же чудовищно! — возмутилась я, пыхтя как вскипевший чайник.
