Я быстро выполнил её указание, и в тот же момент она, ловко управляя машиной одной рукой, другой выхватила пистолет и открыла огонь через пассажирское окно. Грохот выстрелов оглушил меня, заставив на мгновение потерять ориентацию. Внезапно впереди показался крутой поворот. Таня резко вывернула руль, пытаясь удержать машину на дороге. В этот момент одна из пуль мотоциклистов пробила нам заднее колесо. Машину закрутило, и мы на полной скорости врезались в бетонное ограждение. Удар был оглушительным. Нас обоих тряхнуло, ремни безопасности впились в тело. Сквозь звон в ушах я услышал скрежет металла и визг тормозов — мотоциклисты тоже не справились с управлением.
— Быстрее, выбираемся! — крикнула Таня, отстегивая ремень.
Мы вывалились из покореженной машины, пригибаясь от свистящих над головой пуль. Перед глазами все плыло, но инстинкт самосохранения гнал нас вперед. Мы перемахнули через бетонное ограждение и укрылись за ним. Я оглянулся и увидел, как мотоцикл наших преследователей лежит на боку метрах в двадцати от нас. Водитель в малиновом шлеме и коротышка тоже искали укрытие, прячась за своим поверженным транспортом.
— Ты цела? — спросил я Таню, тяжело дыша.
— Жить буду, — отозвалась она, проверяя магазин в пистолете. — А вот машину жалко.
Мы прижались к холодному бетону, слыша, как пули чиркают по другой стороне ограждения. Ситуация казалась патовой — мы застряли здесь, а наши противники там. И никто не знал, чем закончится эта странная перестрелка посреди пустынной трассы.
Ещё несколько выстрелов, и наша машина загорелась.
— Валим, валим! — закричал я, таща Татьяну за куртку.
Мы скрылись за другим бетонным ограждением, и тут раздался взрыв. Он был настолько мощный, что я оглох на время и просто выбыл из игры. Не знаю, что произошло, но мне стало лучше только после того, как Таня раздавила аптечку на моей груди. Постепенно слух начал возвращаться, и я смог различить приглушенные звуки вокруг. Таня что-то говорила, но я не мог разобрать слов. Её анимешное лицо выражало тревогу и облегчение одновременно.
— Ты как? — наконец услышал я её голос.
— Живой, кажется, — прохрипел я, пытаясь сесть. — Что произошло?
— Машина взорвалась, — ответила Таня, помогая мне подняться. — Нам повезло, что успели отбежать.
Я огляделся. Вокруг валялись обломки нашей машины и куски бетона. Дым поднимался к небу, затрудняя обзор.
— А те, на мотоцикле? — спросил я, вспомнив о преследователях.
Таня покачала головой:
— Не знаю.
После этих слов Таня вдруг дернулась и упала, схватившись за шею. Я с ужасом наблюдал, как из-под ее пальцев хлынула кровь. Она захрипела, пытаясь что-то сказать, но из горла вырывались только булькающие звуки. Я застыл на месте, парализованный шоком. Таня корчилась на земле, захлебываясь собственной кровью, а я не мог пошевелиться, не мог ничего сделать. Мысли путались, паника сковала тело. Я совершенно забыл про аптечки…
Но вдруг произошло нечто невероятное. Кровь, растекшаяся вокруг Тани, начала двигаться. Словно повинуясь невидимому приказу, она потекла обратно к телу моей напарницы. Я смотрел, не веря своим глазам, как алые струйки втягиваются обратно в рану на шее. А после того как последняя капля крови исчезла, рана на шее Тани начала затягиваться. Прямо на моих глазах кожа срасталась, не оставляя даже шрама. Через несколько секунд от страшного ранения не осталось и следа. Таня резко вдохнула и села, озираясь вокруг диким взглядом.
— Что… что произошло? — спросила она хриплым голосом.
Я не мог найти слов, чтобы описать увиденное. Мой мозг отказывался верить в реальность происходящего.
— Ты… ты была ранена. Пуля попала тебе в шею, — наконец выдавил я. — А потом… потом ты просто исцелилась.
Таня провела рукой по шее, не находя никаких повреждений.
— А-а-а, — как-то сдавленно произнесла она, даже хрипя. — Это просто преимущество моего скина. Если ранение серьезное, то я могу исцелиться один раз.
— Вот это поворот, — удивился я. — А у меня тогда какая особенность?
— Не знаю, Артем, — сказала она, потирая шею. — Можешь лишний раз очки протереть.
— Эм, ну очень смешно, — возмущённо произнес я.
— Да не бери в голову. Просто не люблю такие моменты. Жить-то жива, но боль та ещё сволочь.
После этого она достала из грудного кармана аптечку и легонько шмякнула по ней ногой.
— А вот теперь я им покажу.
Таня взяла в руки винтовку и уже хотела открыть огонь из-за укрытия. Я тоже хотел ее поддержать в этом, но не тут-то было. Прямо по центру улицы стихийно образовалась толпа людей. И понимая, что ими управляет искусственный интеллект Анима, я мог с полной уверенностью сказать, что это была имитация обычной городской жизни. Люди ходили туда-сюда, пили кофе, болтали друг с другом. В общем было всё то, чего я давно перестал уже замечать в своей обычной жизни. Эта внезапная картина повседневности посреди нашей экстремальной ситуации казалась сюрреалистичной.
— Что за чертовщина? — прошептала Таня, опуская винтовку.
— Похоже, Анима решила усложнить нам задачу, — ответил я, наблюдая за этой странной сценой.