— Само это предложение и то, как оно было сделано, говорило о планах противника очень многое. Было решено воспользоваться случаем и посмотреть, что можно извлечь. К изумлению всех осведомленных лиц, аванс равеннцы выплатили в срок. Да, эти деньги уже отправлены в Каледонию и находятся в распоряжении канцлера, которому очень пригодятся. К еще большему изумлению всех осведомленных лиц, на графа Босуэлла был совершен ряд покушений, вынудивший его временно покинуть Орлеан — тем более, что дела требовали его присутствия в Арморике. — Клод самозабвенно вещает. Надо понимать, за то время, что его спешно разыскивали, а он разыскивал Хейлза, успел заготовить монолог. — Тем временем, попытки разобраться в ситуации с «Соколенком» привели к обнаружению не только шпионской деятельности, но и сношений с нечистой силой, каковые, для разнообразия, прозевала не тайная служба, а Трибунал. Учитывая общую щекотливость положения, было решено заведение уничтожить, а переписку изъять — да, она уже отправлена в распоряжение Его Величества. В процессе люди, которым была поручена эта задача, столкнулись с другой группой лиц, явившихся в заведение с теми же намерениями… так нам стало известно о внегильдейском союзе негоциантов, да, они намудрили не только с поставками… в частности, именно им господа, побывавшие у моего родича, и сообщили о сделке. Да, в этом вопросе интересы Генуи и Венеции опять разошлись с интересами Равенны. Его Величество Тидрек отдал приказ и этот приказ был выполнен… однако одновременно его представители позаботились о том, чтобы деньги были потрачены впустую. Да, первые покушения — это те самые люди, которыми я занимался последние две недели. Но осведомили не только их. Сравнительно недавно меня посетил очень озабоченный господин Трогмортон, который получил те же сведения уже из своих источников. Естественно, я заверил его, что покушение не состоится ни при каких обстоятельствах. Да, я полагаю, что к этому моменту о нем не знала разве что королевская тайная служба. После того, как господа негоцианты были изъяты из обращения, равеннская сторона, видимо осознала, что сделала весьма сомнительное приобретение. Кроме того, они, вероятно, поняли, что господин граф может свидетельствовать о их вероломстве. И его слову, в отличие от показаний негоциантов, поверят многие. Привычка графа ходить без подобающего его званию сопровождения сыграла убийцам на руку. — Да, разумеется, невольно кивает коннетабль: пятерых, привлеченных за долги, из которых двое еще и удрали, никак нельзя назвать достойным сопровождением. Господин Хейлз — поразительно, невозможно беспечный человек. Подобающую свиту он не содержал ни года из тех, что живет или периодически появляется в Орлеане. — Но им не следовало нападать на него в пяти минутах от моего дома.
На этом Клод, что удивительно, закончил. Удивлен не только коннетабль, изумлен и король — но едва он собирается выразить монаршее недоумение по поводу прекращения увлекательной истории на самом интересном месте, как рот соизволяет открыть предполагаемая жертва убийства. То есть, стоящий по левую руку от Валуа-Ангулема Корво.
— Мой старший родич, господин герцог Ангулемский, обратился ко мне незадолго до объявления о моей помолвке. Мы оба оказались поставлены в весьма неприятное положение: враждебный Вашему Величеству злоумышленник пытался столкнуть человека моей свиты со Священным Трибуналом, господина герцога — со мной, а меня хотели настроить против Вашего Величества. Признаюсь, что первоначально я считал интригу покойного шевалье де Митери происками тайной службы Вашего Величества, — Корво кланяется. — Господин герцог Ангулемский объяснил, насколько я заблуждался и насколько незаслуженными и оскорбительными были мои предположения. Прошу меня простить, Ваше Величество, — и еще один поклон.
Пьер смотрит на Людовика, тот невольно кивает. Брови на лбу, глаза круглые…
