В 1917 году большевики были очень небольшой партией. Учитывая еще и тот момент, что в июле 1917 года их фактически разогнали, а остатки партии большевиков были загнаны в «подполье», то возникает всего один вопрос.
Кого же на самом деле поддержали «двенадцать апостолов» и другие кадровые офицеры в большинстве своем?
Ответ прост. Эти люди поддержали свой народ, страну и людей, которые перестали говорить и начали наводить в стране порядок, то есть большевиков.
Штаб-офицеры в подавляющем большинстве были кадровыми, начавшими службу еще до войны. Именно они были наиболее консервативны и были теми, про кого принято говорить «слуга царю, отец солдатам». Само понятие республики им было во многом чуждо. Революцию они встретили с недоумением. И чем дальше, тем больше им не нравилось происходящее в стране. Выступление Корнилова было взрывом именно их недовольства. Кадровое офицерство выступило против того бардака, который творился в стране. Даже те кадровики, кто не участвовал в мятеже, явно одобрили действия Корнилова.
Кадровое офицерство поддержало большевиков, потому что те обещали навести порядок, и действительно его наводили. Был громадный контраст между Временным правительством и правительством большевиков. Если февралисты устроили говорильню, развал и бардак в стране, то октябристы начали действительно работать. Поэтому к ним и потянулись кадровики. Не из-за того, что разделяли коммунистическую идеологию, а потому что устали от либеральной говорильни. Раскол с большевиками произошел позже. После того как был объявлен «Красный террор». Мало кто из кадровых офицеров захотел быть и стал палачом. В их среде было слишком сильно понятие об Офицерской Чести. Их воспитывали на этом.
Кадровиков в РККА привлекли желание и возможность навести порядок в стране. Понятия революции и контрреволюции им были чужды. Как и политика. «Армия вне политики!» – это именно их девиз. Вот ему они и следовали. Они воевали за целостность и сохранение России, хотя бы она и называлась РСФСР. Гражданская война была настоящим кадровым офицерам не по душе. Многие из них заняли нейтральную позицию, как, например, Брусилов. Алексей Алексеевич до 1920 года твердо стоял на позиции невмешательства и нейтралитета. Что не помешало ему в дальнейшем служить в Красной армии на высоких должностях.
Именно в силу этих причин большинство именно кадровых офицеров встали на сторону большевиков. Именно поэтому те, кто воевал на стороне белогвардейцев, выжил и эмигрировал, до конца жизни чувствовали себя предателями. Ибо что есть ностальгия, как не чувство вины перед своей Родиной?
Как бы там ни было, в рядах Красной армии оказалось немало достойных кадровых офицеров и генералов. Но эти «двенадцать», про кого я вспомнил, даже среди тех, кто служил новой власти, были исключением.
Эти кадровые офицеры не просто поступили на службу новой Республике Советов добровольно, они занимали посты исключительной важности. Именно эти военные специалисты, работая не за страх, а за совесть, своими оперативными распоряжениями поставили в тяжелое положение армии Деникина, Колчака, Петлюры. Во многом благодаря их усилиям создан военно-административный аппарат, возрождена Академия генерального штаба, правильная организация пехоты, артиллерии и та своеобразная система боев большими конными массами, вошедшая в историю как операции конницы Буденного. Все двенадцать подготавливали победу большевиков над Белым движением, и на них же противники и исследователи Гражданской войны, симпатизировавшие белогвардейцам, возлагали ответственность за победу новой власти даже в большей степени, чем на самих большевиков.
Именно трудами этих людей, работавших за тяжелыми занавесками в тиши столичных кабинетов, создавался фундамент побед. На полях сражений, под орудийный гул, сухой треск ружейных выстрелов и звон клинков воплощались их идеи.
Нужно было дать этим людям спокойно и эффективно работать.
Я задумался о том, кого и куда назначить. Через некоторое время решил особо не мудрить и уже сейчас, с небольшими изменениями, назначить «апостолов» на те должности, которые они и займут в будущем.
Необходимо было срочно назначить начальником Полевого штаба РВС бывшего генерал-майора и генерал-квартирмейстера штаба Западного фронта Павла Павловича Лебедева. Именно этот генерал в той истории стал разработчиком планов по разгрому колчаковских армий в Сибири и деникинских войск в ходе решающей орловско-кромской операции. Стратегические способности Лебедева высоко оценивал генерал Брусилов. По его мнению, именно Лебедев, будучи человеком чрезвычайно умным и работоспособным, наладил эффективную работу полевого штаба РККА. Во многом именно реализация разработанных им планов определила ход войны.
