– А у нас есть души? – хрипло спросила Эмьюз.
– Ну, с теологическими вопросами тебе лучше к Петруше, он в таких вещах дока. – Фолия расправила плечи. – Всему свое время, которого сейчас почти не осталось. Теперь ты знаешь, где меня искать. Ради своего блага не выдавай тайну и положись на Роси. Еще одно. Окажи мне пустяковую услугу.
На открытую ладонь женщины выкатились глазки-шпионы.
– Вынеси их и отпусти, – попросила Фолия. – На территории клиники и за ее пределами.
– А не заметят? – Эмьюз поежилась.
– Нет, – подмигнула Леди Тэсори.
Крошки-шарики юркнули девочке под волосы.
– Я… нашла вашу плашку, – призналась маленькая Тень. – И перепрятала.
– Возьми ее из тайника и швырни в ров. Иди и не забывай меня.
– Не забуду.
Яркий свет едва не ослепил Эмьюз. Она спрятала Орин, обернулась в последний раз и до упора утопила большую кнопку.
Дорогу из Сайленткипа девочка пропустила, как и расспросы подруг, и занятия, на которых все равно бы ничего не усвоила. Росарио, как ни в чем не бывало, села в утренний Звездный и улетела. И только час спустя Эмьюз получила записку с объяснениями, мол, нельзя показывать, что в Сайленткипе случилось что-то важное или «ай-ай-ай». А что «ай-ай-ай»?! Тень с ужасом представляла, как изменится Комната Тысячи Настроений, если она сейчас переступит ее порог.
Клятва Фолии звучала и звучала в ушах, не переставая. Изможденная женщина никак не вписывалась в образ непобедимых Первых Рыцарей. Что она такая могла сделать? Как помочь и отвести угрозу, не говоря уже о том, чтобы смести препятствия? Еще и запертая в психушке. Зато лишений натерпелась на всю катушку. Жалость мешала дышать.
Дядюшка Джулиус действительно чудовище, если бросил совершенно нормальную Фолию гнить. Но сердце не верило. Оно искало для Коллоу оправдания и находило. Заодно девочка нашла выход и для себя. Пусть временный и бессмысленный, но действенный. Эмьюз сунула голову под кран и вывернула холодный вентиль на максимум.
Руф не слышал, как она подкралась. Тень присела рядом на корточки и игриво толкнула его в бок.
– Наш общий большой друг пообещал бросить меня тут навечно, если я не получу твое прощение, – мурлыкнула Хэвэн.
– Пошутил, должно быть, – бесцветным голосом отозвался Тангл.
– Не думаю. – Она погладила себя по лысой макушке. – Прощай меня, пупсик. Я же не отстану.
– Какой я вам к черту «пупсик»?! – взорвался Руфус.
– Злобный, – смерив его веселым взглядом, сообщила Тень. – Деточка, рыбонька, зайка, я что-то не помню тебя на службе. Значит, тебе от силы лет шестнадцать-семнадцать.
– Мне несколько больше, – огрызнулся Тангл. – А чтобы получить прощение, его имеет смысл просить.
Он поднялся с твердым намерением убраться подальше от татуированной стервы.
– Кто ж тебя такого воспитал? – фыркнула она.
– Маркус Адам Штэйнфол. – Впервые в жизни Руф сказал это с гордостью.
– О! И как он? – Хэвэн схватила Руфуса за штанину.
– Умер.
Тангл пристально посмотрел женщине в лицо. Она больше не выпендривалась и не сюсюкала. Глупая ирония испарилась без следа.
– Дела… – тихо протянула Тень. – Отличный парень был, фартовый. Подвела его, значит, удача. Жаль.
– Нравился? – Такой желчной реплики Руф сам от себя не ожидал.
– А чего ты такой обиженный? Подружки нет? – Хэвэн опрокинулась на спину и с наслаждением потянулась.
– Почему я должен выслушивать все это? Счастливо оставаться! – Фраза получилась крайне двусмысленной.
– Эй! – окликнула Тень. – Прости, ладно? Ты ж, правда, не виноват. Я когда тебя увидела, разозлилась. Подумала, что Коллоу такими суровыми методами натаскивает молодежь. А он мне быстро объяснил, где я ошиблась. Не того парня я мечтала встретить.
Хэвэн зажмурилась, перекатилась на бок и свернулась калачиком. Такая побитая жизнью, беззащитная и… маленькая. В мозгу Руфуса словно что-то включилось. Он вдруг осознал, что действительно
– Он бы сам мечтал быть здесь, если бы мог, – на волне странно теплых эмоций признался Руф.
– Неужели он… тоже?.. – Хэвэн подскочила в мгновение ока.
Женщина крепко схватила Тангла за ворот рубашки.
– Нет, Вильгельм жив и здоров. – Руф бережно взял Тень за плечи.
– Неужели он бросил меня? – Она задрожала и уткнулась Руфусу в грудь. – Тогда лучше ему сдохнуть, потому что я сама его убью!
Хэвэн пахла теплым телом и – немного – паленой кошкой.
– Тоже нет. – Тангл покраснел и отстранился. – Вильгельм назначен Стражем Башни. Он не имеет права покидать Шейдивейл.
– Давно? – Тень почувствовала неловкость ситуации, но предпочла не заметить.
– Уже лет десять. – Руф сел, прислонившись спиной к дереву, и обхватил колени.
– Они с Маркусом так дружили. – Хэвэн устроилась напротив. – Один распускал павлиний хвост, прикидываясь героем-любовником, а другой верил ему и жадно слушал рассуждения на тему.
– Верил, – эхом отозвался Руфус. – И ведь не просто так. Иметь виды на жену друга – редкостная низость.
– Эх, пупсик… – загадочно усмехнулась женщина.
– Опять «пупсик»? – Он уже устал сердиться.
– А кем ты хочешь быть? Зайкой? Солнышком? Котенком? Выбирай. – Тень весело прищурилась.
– У меня есть имя.
