– Определенно, ты же не зверек. – Она оглушительно чихнула. – Но глупый! Говоришь, Маркус тебя воспитывал? И что? Замечал за ним тягу к чужому? Маркус сам бы себе башку свинтил за любую мысль в этом направлении.
– Заблуждаетесь, – возразил Руф. – Если бы Маркус не болтал лишнего, вы не получили бы этот приказ.
– Все-таки Вильгельм лопух. И тут уже ничего не поделаешь, – покачала головой Хэвэн.
Тангл собрался ввязаться в спор, но она цыкнула на него, как на расшалившегося ребенка. Женщина подняла указательный палец вверх и, выдержав паузу, продолжила:
– Липа это, пупсик. Липа. Фальшивка. Я битый час убеждала Маркуса разыграть Вилли. Он упирался. Говорил, что не хочет потерять друга. Видимо, мертвый друг его больше устраивал, чем живой, но сердитый. Потому что Вильгельм бы здесь погиб. Я это знаю, и ты это знаешь. Коллоу держится за счет того, что здоровый, как лось.
– Простите? – закашлялся Руф.
– А то ты не заметил, да? Покуда ему будешь? За себя я без иллюзий, и сей факт меня развлекает. Если расстояние мерить в Джулиусах, города станут ближе.
Тень расхохоталась.
– Слышу, в ход пошли бородатые шутки. – На полянке стало тесно.
– О чем я говорила? – шепнула Хэвэн Танглу в ухо.
Тут он не удержался и тихонько хрюкнул.
– Возвращайтесь в лагерь, – приказал Коллоу. – Далеко забрели. Завтра утром выступаем. Я планирую отоспаться.
– Раз папочка сказал, детям положено слушаться. – Тень встала и отряхнулась. – Давай, Руфус. Время – золото.
Древний поднялся в дом-скворечник и улегся там, вытянув ноги на улицу. Руф занял себя тем, что расчистил площадку у кострища, сдув все лишнее к кустам. А Хэвэн отыскала у корней одной ей известное место и откопала запертый металлический ящик.
– Не смотри, я переоденусь, – попросила Тень.
– Отойти? – предложил Тангл.
– Мне спокойнее, когда я вижу затылок, – рассмеялась та.
Руфус старательно перебирал в уме последние события, чтобы не отвлекаться на шуршание формы за спиной. Желал узнать Коллоу, а узнал Маркуса. Такого, о котором не подозревал. Сколько всего он теперь сказал бы ему! От скольких своих слов, брошенных в гневе, отказался бы.
Миссия почти завершена, Хэвэн Харпер нашлась, потерь нет, втроем одолеть путь домой смешная задача, если сравнивать с началом. Слепая вера в успех, подкрепленная чувством выполненного долга, расслабляла. Свернувшись клубком у кострища, Руф уснул, как младенец. И снилось ему, что Тень села рядом, положила его голову себе на колени и ласково гладила по волосам, напевая что-то на диком языке джунглей.
– Здоров дрыхнуть, – улыбнулась Хэвэн.
– Уже завтра? – редко бессмысленный вопрос.
– Не-а, еще сегодня, но осталось недолго, – бодро отрапортовала Тень. – Разводить огонь? Есть охота. Пока кто-то ворочался, опасалась. Вдруг бы спалил свою гриву с обеих сторон личика.
– Мимо, – отмахнулся Тангл. – Подколки дошколят меня не задевают. Одно удивляет, как Сэру Коллоу удается за собой следить? Не видел, чтобы тот брился.
– А ему брить нечего, – хихикнула она.
– Не понял. – Чтоб не выглядеть дураком, Руфус многозначительно поднял брови.
– У Джулиуса нет ни усов, ни бороды, и на тушке волосы только в самых… нужных местах, – доверительным тоном сообщила Хэвэн. – Физиологически он все тот же шестнадцатилетний мальчишка, каким был в день посвящения.
– Стесняюсь спросить, и откуда столько информации?
Простота и грубость собеседницы вгоняла Тангла в краску сильнее, чем смысл сказанного ею.
– Источников полно, – заверила Тень. – А если так печешься о внешности… Прическу-минутку организовать?
Она сжала кулак, и от локтя взвилось рыжее пламя.
– Раз, и никаких проблем с перхотью! – тоном заправского площадного зазывалы объявила Хэвэн.
– Тогда у меня точно не будет подружки. Ни-ка-кой, – не удержался Руф.
– Ну, почему? Некоторые любят лысеньких, – возразила Тень.
Веселый костер разгорался, наполняя душу первобытной радостью. Хэвэн подошла к дереву с дубиной наперевес и крепко приложила ствол.
– Сэр Коллоу уже проснулся? – на всякий случай уточнил Тангл.
– Нет. – Тень запустила руку в нору между корней и достала что-то мерзкое.
Склизкая тварь в иссиня-черном панцире перебирала бессчетными ножками и пыталась улизнуть.
– А мы шумим. – Он обернулся туда, где болтались босые ножищи.
– Чтобы разбудить Джулиуса, орать надо прямо в него. – Хэвэн швырнула противную находку в огонь. – Главное не трогать руками особенно. Не трясти. Он спросонья тумаков может навешать.
– Не уверен. – Черный панцирь треснул.
– Проверено, – отрезала Тень. – Джулиус редко, но гостил в доме нашей Наставницы. У него даже комната своя была. Как-то раз мы с Вилли рискнули вымазать его спящего зубной пастой. Крадемся мы, значит, и тут Вильгельм как грохнется!
Женщина оживленно жестикулировала, и податливое пламя тянулось к ее пальцам.
– Я чуть не спятила! Замерли. Кругом тишина. Отперли дверь, вошли, расписали его под клоуна. Мы ж не знали, что у Коллоу есть одна странность. Он спит раздетым.
– Ужас какой, – картинно всплеснул руками Руф. – Нормальные люди спят в шубах.
