Доли секунды, и смотрю за спиной отца появляется Магомед. Он берет в охапку отца и держит. Тот не может вырваться из стальной хватки. Попался папочка.
Наши глаза с Магомедом пересекаются и понимаю, он ждет когда ударит молния. В его глазах азарт и предвкушение крови. Крови моего отца. Мужчина дает понять, что понимает моих демонов, да и его собственная тьма тянется ко мне, желая помочь.
Между мной и Магомедом происходит контакт. Мы на одной волне, нас сплетает одна паутина.
Не долго думая, делаю уверенные шаги и на ходу из волос вытаскиваю шпильку с точенными концами. Идеально оружие для женщины.
Отец понимает, что пришел его конец. Начинает сопротивляться, но от Магомеда невозможно вырваться.
— Кончилась твоя власть, папочка, — шепчу ему в ухо и вонзаю в сонную артерию шпильку. Он издал хриплые стоны и обмяк в руках мужчины.
Что я сейчас испытываю? Ненависть. Пустоту. Жалости и сострадания нет. Это точно. Такое чудовище отцом назвать нельзя.
— Где Македонский? — спрашиваю Магомеда.
— Ждет тебя дома.
— Что у него с настроением?
— Зол. Маргарита, езжай к Алексею, я избавлюсь от трупа, — осторожно говорит Магомед.
— Хорошо. Вот флешка с компроматами на плохих дядей, — подаю ему. — Ты знаешь, что с этим делать. Македонскому отдам только документы на дела Руслана Амерова.
— Я понял тебя, Маргарита, — обошла его и направилась на выход с мыслями, как быть дальше с Алексеем Македонским.
До дома моего мужчины добиралась недолго, стоило переступить порог, как встретила его сидящим в кресле со стаканом виски. От этой картины мою кожу пробрал мороз. Мне стало совсем жутко, тот подвал ничто по сравнению с огнем этого мужчины. Тут жарят на расстоянии и его глаза не обещают легкой кончины.
Подхожу ближе к нему и глубоко вдыхаю через нос воздух. Этот его терпкий запах сводит с ума. Запах самца. Ненависть, страх и страсть сейчас одновременно мною руководят. Сегодня будет увлекательная игра с нотками адреналина.
Опускаюсь перед мужчиной на колени и забираю стакан. Пригубляю янтарную жидкость, горло сразу обожгло терпкостью. По телу пошло тепло и расслабленность. Отбрасываю стакан и подушечками пальцев пробегаюсь по колену до самого паха. Он возбужден. Я улыбаюсь. Мужчина уже заранее проиграл, он в моей власти.
Я еще больше смелею и во мне просыпается безрассудство. Скольжу рукой по его телу и останавливаюсь на шее. Царапаю до крови, но мужчина не делает никакого движения, чтобы остановить. Его это заводит. По шее побежала маленькая струйка крови, приподнимаюсь и слизываю ее языком. Рот наполнился металлическим вкусом.
Алексей Македонский совсем замер и словно перестал дышать. Приближаюсь губами к его губам и шепчу:
— Поцелуй меня?
Вижу, что он на моей волне, на моей планете и тут только я хозяйка.
— Ты понимаешь, что после поцелуя я не смогу наказать тебя? — тихо мне в губы шепчет Македонский.
— Разве тот, кто любит может наказывать? — усмехаясь спрашиваю Македонского.
— Ты мне мстишь за Полину?
— А за нее я превращу твою жизнь в ад, — и до крови прикусываю его губу.
Со мной происходит что-то невероятное. Мое тело живет отдельной жизнью от головы. Низ живота постоянно требует этого мужчину. Все обострено и жаждет ласки. Рядом с ним боюсь растерять остатки разуму.
Мужчина отстранился от меня и резко схватил за запястье и вместе со мной поднялся и повел в нашу комнату. По дороге раздевая меня, я же пыталась сама стянуть его одежду.
Всю основную одежду разбросали возле кровати, он резко развернул к себе и сверля огненным взглядом намотал мои волосы на кулак и поцеловал. Я же крепче его обняла. Алексей отпустил мои волосы и подхватил за ягодицы и повалил меня на кровать. Он навис надо мной, глаза стали изучать мою грудь. Это так заводит.
Облизываю при его взгляде свои пухлые губы, мужчину от этого начинает трясти. Хоть к нему и противоречивые чувства, то готова любить, то ненавидеть, но меня уже не остановить. Мы с ним вместе уже купаемся в порочной тьме. Выхода назад не будет.
Глажу его мощную грудь, он в напряжении, еле сдерживает. Сегодня что-то не ведет себя как животное. Странно. Мне это что-то не нравится.
Потянулась рукой к его пару, македонский тут же перехватил мое запястье и завел их наверх. Жестоко надавил пальцем на нижнею губу и проник в рот и стал исследовать, я же стала сосать и причмокивать. Его глаза вмиг почернели.
Я завелась до предела, тело требует разрядки, а Алексей все медлит. Мое дыхание участилось. Его ласка совсем распалила меня, заставляя выгибаясь и приподнимая ягодицы ему навстречу.
Придавив меня тяжелым телом, Македонский резко вошел в меня, больно сжал руками ягодицы и стал жестко вдалбливаться. Зверь проснулся.
От наслаждения еще больше выгибаюсь и требую еще и еще. Он еще больше увеличил темп, трахает до одури. Закидываю Алексею ноги на спину и кайфую. Еще больше прижал меня своим весом, ногтями впилась в его спину. Я задыхаюсь от стонов, горло все пересохло, а губы требую поцелую, но он не позволяет. Играет и долбит. Мне нравится.
